Полезные статьи

Право удержания в суде

Комментарий к ст. 359 – 360 ГК РФ Удержание вещи

Правовая норма: — п. 1 ст. 359 ГК РФ
Кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено.
Удержанием вещи могут обеспечиваться также требования хотя и не связанные с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков, но возникшие из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели.

1. Удержание вещи – право арендодателя в силу закона.

Удержание вещи один из способов обеспечения обязательств, который предоставлен арендодателю в силу закона. Зачастую стороны договора забывают о таком механизме, хотя он может стать для арендодателя одной из самых эффективных мер в побуждении арендатора к исполнению просроченных обязательств.
Поскольку удержание вещи возможно в силу закона, арендодатель вправе воспользоваться этим правом, независимо от того, закреплена или нет в договоре аренды соответствующая оговорка.
В ситуации, когда имеются опасения, что арендатор вовремя не освободит занимаемое помещение, что может повлечь для арендодателя убытки или возникновение конфликта с новым арендатором, в качестве превентивных мер рекомендуется заблаговременно в письменном виде сообщить арендатору о намерении, в случае несвоевременного возврата помещения, произвести удержание имущества.
Однако закон предусматривает возможность исключить применение данной статьи к отношениям сторон. То есть, стороны вправе включить в договор аренды условие о том, что при расторжении договора арендодатель не вправе удерживать имущество арендатора. При этом допустимо, например, указать, что арендатор возмещает арендодателю расходы на хранение оставленного имущества.

2. Предметом удержания может быть только вещь.

Арендодатель имеет право удерживать только вещи – оборудование, товар арендатора, и не вправе удерживать денежные средства (Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 27.06.2011 г. № А40-101456/2010; Постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 15.06.2011 г. № А40-117128/2010).

3. Удерживать можно вещи, которые находятся у арендодателя на законных основаниях.

Положения статьи об удержании имущества не предоставляют арендодателю права отобрать либо иным способом незаконно завладеть имуществом арендатора. Классическим примером нахождения вещи у арендодателя на законных основаниях является ситуация, рассмотренная в п. 14 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2002 г. № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой».
В Информационном письме признаны правомерными действия арендодателя по удержанию имущества, оставленного арендатором в помещение после истечения срока аренды.

4. Удержание должно быть соразмерным последствиям допущенных арендатором нарушений.

Удержание имущества арендатора, стоимость которого значительно превышает, например, задолженность арендатора по арендным платежам, может быть квалифицировано судом как незаконное. Поэтому прежде чем применить меры по удержанию имущества необходимо оценить соразмерность удерживаемого имущества и просроченных арендатором обязательств (Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 29.06.2011 г. № А07-13973/2010; Постановление Федерального арбитражного суда Волго-Вятского округа от 15.06.2011 г. № А43-18672/2010).
Смотрите: услуги юристов в сфере аренды нежилого помещения

lex-pravo.ru

Право удержания в суде

  • Автострахование
  • Жилищные споры
  • Земельные споры
  • Административное право
  • Участие в долевом строительстве
  • Семейные споры
  • Гражданское право, ГК РФ
  • Защита прав потребителей
  • Трудовые споры, пенсии
    • Главная
    • Удержание имущества должника суд признал законным

    Решением суда в удовлетворении исковых требований предпринимателя Г. Ф. об обязании возвратить неосновательно приобретенное имущество отказано.

    Выводы суда: удержанием вещи могут обеспечиваться также требования хотя и не связанные с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков, но возникшие из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели.

    Судом установлено, что несмотря на незаключенность договора аренды Г.Ф. фактически пользовалась принадлежащим ответчику помещением, в котором было размещено спорное (удерживаемое ответчиком) имущество.

    Однако факт оплаты за данное пользование материалами дела не подтвержден.

    Оборудование удерживается ответчиком в обеспечение исполнения обязательств по оплате за названное пользование. Данное оборудование поступило во владение ответчика по воле самого истца.

    При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о законности удержания кредитором имущества, принадлежащего должнику.

    ФЕДЕРАЛЬНЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

    ПОСТАНОВЛЕНИЕ
    от 5 августа 2010 г. N Ф09-6151/10-С6

    Дело N А76-43713/2009-1-1162/1

    Федеральный арбитражный суд Уральского округа в составе:
    председательствующего Файзутдинова И.Ш.,
    судей Сулейменовой Т.В., Мындря Д.И.,
    рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Шевченко Гульнары Фирдависовны на решение Арбитражного суда Челябинской области от 01.04.2010 по делу N А76-43713/2009-1-1162/1.
    Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Федерального арбитражного суда Уральского округа.
    В судебном заседании приняли участие:
    индивидуальной предприниматель Алешкин Александр Александрович (паспорт, свидетельство серии 74 N 000675035);
    его представитель — Громаковская Н.А. (доверенность от 16.03.2010).
    Ходатайство предпринимателя Шевченко Г.Ф. о рассмотрении дела в ее отсутствие рассмотрено судом кассационной инстанции и удовлетворено на основании ч. 3 ст. 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

    Предприниматель Шевченко Г.Ф. обратилась в суд с иском к предпринимателю Алешкину А.А. об обязании возвратить неосновательно приобретенное имущество или возместить его стоимость в размере 1 900 500 руб.; а также взыскании 2 200 945 руб. неполученной прибыли, 175 974 руб. стоимости готовой продукции и 47 630 руб. 80 коп. стоимости непереработанного сырья.

    Решением суда от 01.04.2010 (судья Воронин А.Г.) в удовлетворении исковых требований отказано.

    В кассационной жалобе предприниматель Шевченко Г.Ф. просит указанный судебный акт отменить, ссылаясь на нарушение судом ст. 301, п. 1 ст. 359, 1102, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации и несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела. Заявитель считает неправомерным применение к рассматриваемому спору норм, регулирующих договорные отношения, так как договор аренды нежилого помещения от 01.02.2008 N 31, подписанный истцом и ответчиком, признан незаключенным решением Арбитражного суда Челябинской области от 16.11.2009 по делу N А76-8416/2009. Вывод суда о наличии у ответчика права удерживать спорное имущество в связи с имеющейся задолженностью по оплате за пользование помещением, по мнению истца, является необоснованным. При этом предприниматель Шевченко Г.Ф. указывает, что представленные ею в материалы дела доказательства в достаточной степени подтверждают факт принадлежности спорного имущества истцу и его незаконное нахождение во владении ответчика.

    Как установлено судом и следует из материалов дела, предпринимателю Алешкину А.А. на праве собственности принадлежит нежилое здание общей площадью 241 кв. м, расположенное по адресу: Челябинская обл., г. Магнитогорск, ул. Островского, д. 2а.

    Предпринимателем Алешкиным А.А. (арендодатель) и предпринимателем Шевченко Г.Ф. (арендатор) 01.02.2008 подписан договор аренды нежилого помещения общей площадью 242 кв. м, расположенного по вышеуказанному адресу, для производства мясных полуфабрикатов, сроком с 01.02.2008 по 01.04.2008.

    Истцом и ответчиком 01.09.2008 подписан договор N 31 аренды вышеназванного помещения сроком с 01.09.2008 по 31.12.2008.

    В претензии от 15.04.2009 предприниматель Алешкин А.А. уведомил предпринимателя Шевченко Г.Ф. о наличии задолженности по внесению арендных платежей, а также об отсутствии оплаты в установленный договором срок потребленной электрической энергии и услуг по водоснабжению; в случае неоплаты в пятидневный срок просил считать названный договор расторгнутым с 06.04.2009.

    Впоследствии в письме ответчик сообщил истцу о расторжении договора аренды и просил в течение трех календарных дней вывезти готовую продукцию и разобрать пристройки к зданию; в противном случае предприниматель Алешкин А.А. оставил за собой право ликвидировать продукцию в связи с неоплатой электроэнергии.

    В письме от 08.09.2009 предприниматель Алешкин А.А. уведомил предпринимателя Шевченко Г.Ф. о необходимости оплатить долг за потребленную электроэнергию и тепловую энергию, услуги по водоснабжению за 2008, 2009 года, уплатить штраф за ненадлежащее использование электроэнергии, а также оплатить затраты на ликвидацию незаконно возведенного сооружения на территории арендуемого цеха и вывезти оборудование в десятидневный срок со дня получения письма.

    В письме от 16.09.2009 ответчик вновь уведомил истца о наличии соответствующей задолженности и необходимости вывезти оборудование из арендуемого помещения в срок до 25.09.2009.

    Согласно актам от 24.09.2009, составленным предпринимателем Шевченко Г.Ф., в 13 ч 00 мин. и 17 ч 00 мин. в указанный день доступ в помещение, в котором находится принадлежащее ей имущество, отсутствовал.

    Постановлением Управления внутренних дел Орджоникидзевского района г. Магнитогорска по делу N 533 отказано в возбуждении уголовного дела по заявлению предпринимателя Шевченко Г.Ф. в отношении предпринимателя Алешкина А.А. по факту самоуправства.

    Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Челябинской области от 16.11.2009 по делу N А76-8416/2009 по иску предпринимателя Алешкина А.А. к предпринимателю Шевченко Г.Ф. о взыскании задолженности по арендной плате и пени за просрочку платежей установлено, что договор аренды от 01.02.2008 N 31 является незаключенным, в связи с чем в удовлетворении исковых требований судом отказано.

    Предприниматель Шевченко Г.Ф., полагая, что ответчиком незаконно удерживается принадлежащее ей имущество, обратилась в суд с соответствующим иском.

    Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд пришел к выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующих о неосновательном приобретении спорного имущества ответчиком. При этом суд, исходя из наличия задолженности предпринимателя Шевченко Г.Ф. по оплате фактического пользования помещением и коммунальных платежей, а также учитывая, что имущество поступило во владение ответчика по воле самого истца, правомерно указал на законность удержания предпринимателем Алешкиным А.А. спорного имущества на основании п. 1 ст. 359 Гражданского кодекса Российской Федерации.

    Суд кассационной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

    В рассматриваемом случае исковые требования мотивированы ссылками на ст. 1102, 1103, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации.

    Согласно п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

    В силу п. 1 ст. 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.

    Лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило (п. 2 названной ст. 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации).

    По смыслу указанных норм в предмет доказывания по спору о взыскании неосновательного обогащения входит, в том числе, вопрос о наличии или отсутствии у ответчика законных оснований для приобретения или сбережения имущества.

    В соответствии с п. 1 ст. 359 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено.

    Удержанием вещи могут обеспечиваться также требования хотя и не связанные с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков, но возникшие из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели.

    Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном ст. 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, имеющиеся в настоящем деле доказательства, суд пришел к выводу о том, что предприниматель Шевченко Г.Ф. фактически пользовалась принадлежащим ответчику помещением, расположенным по адресу: Челябинская обл., г. Магнитогорск, ул. Островского, д. 2а. В названном помещении ею размещено спорное имущество. Факт оплаты за данное пользование материалами дела не подтвержден.

    Судом также установлено, что оборудование удерживается предпринимателем Алешкиным А.А. в обеспечение исполнения обязательств по оплате за названное пользование.

    При таких обстоятельствах суд, руководствуясь абз. 2 п. 1 ст. 359 Гражданского кодекса Российской Федерации, и принимая во внимание, что в рассматриваемом случае истец и ответчик действовали как предприниматели, правомерно указал на законность удержания кредитором имущества, принадлежащего должнику.

    Таким образом, в удовлетворении заявленных требований отказано правомерно.

    Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на переоценку доказательств по делу и установленных на их основе обстоятельств, что согласно ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не относится к полномочиям суда кассационной инстанции.

    Ссылки предпринимателя Шевченко Г.Ф. на неправильное применение судом норм материального права отклоняются, поскольку положения вышеуказанных норм применены судом с учетом фактических обстоятельств, установленных при рассмотрении настоящего дела.

    Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основаниями для отмены судебного акта согласно ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом кассационной инстанции не установлено.

    Оснований для отмены решения суда и удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

    Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

    решение Арбитражного суда Челябинской области от 01.04.2010 по делу N А76-43713/2009-1-1162/1 оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Шевченко Гульнары Фирдависовны — без удовлетворения.

    Вернуться к оглавлению обзора «Удержание имущества (вещи) должника», куда вошли следующие статьи (ответы на вопросы):

    logos-pravo.ru

    Верховный суд напомнил о социальном аспекте исполнительного производства

    ВС отправил на пересмотр дело пенсионеров-поручителей по ипотеке, которым суды и приставы отказались снижать размер удержаний с 50% до 10% по двухмиллионному долгу. Закон не предусматривает таких ограничений, согласились две инстанции. Но в ходе исполнительного производства надо помнить о правах должников, в том числе на нормальный уровень жизни, напомнил Верховный суд разъяснения КС.

    Закон об исполнительном производстве разрешает удерживать с должника-гражданина не более 50% его доходов (п. 2 ст. 99). Максимальный размер взыскания в рублях не ограничен. Но в то же время приставы обязаны оставлять минимум, необходимый для жизни самого должника и членов его семьи (п. 4 ст. 4 закона). О социальном аспекте исполнительного производства напомнил Верховный суд в деле пенсионеров, которым суды и приставы не снизили планку до 10%. Разъяснения ВС способны существенно повлиять на практику нижестоящих инстанций, которые признают законными 50%-ные удержания из пенсий, прогнозирует заместитель председателя коллегии адвокатов «Де-Юре» Антон Пуляев. Определение ВС нужно будет учитывать и приставам-исполнителям, поскольку на практике очень много подобных ситуаций, добавляет вице-президент палаты адвокатов Самарской области Алексей Кокин.

    История началась в 2008 году, когда сын и невестка пенсионеров Султановых* взяли в ипотеку квартиру в Екатеринбурге за 2,3 млн руб., а сами Султановы выступили поручителями. Жили там вшестером, с двумя внуками. Но положение семьи ухудшилось, в конце 2013 года они встали на учет как малоимущие, а вскоре Сбербанк отсудил 2,5-миллионный долг по ипотеке. В 2015 году пристав Кировского районного отдела судебных приставов Екатеринбурга Евгений Булатов возбудил исполнительное производство в отношении поручителей на 1,9 млн руб. и решил взыскивать с них максимум – 50% от дохода. Должники с этим не согласились и попросили ограничить удержания 10%, поскольку живут на одну пенсию и нуждаются в лекарствах как инвалиды II группы. Но к ходатайству не приложены справки о размере дохода и затратах на медикаменты, ответила письмом старший пристав Кировского РОСП Евгения Пензина. Она предложила решить вопросы рассрочки или отсрочки в суде и напомнила, что закон об исполнительном производстве не ограничивает сумму удержаний величиной прожиточного минимума.

    В ответ пенсионеры подали заявление в суд, в котором просили признать ответ пристава незаконным и назначить 10%-ный предел для взысканий. Но Кировский районный суд Екатеринбурга (2а-1129/2016

    М-11425/2015), а затем и Свердловский областной суд (33а-7137/2016) встали на сторону чиновников. Пристав установил размер удержаний с Салтановых в размере 50%, что соответствует закону, решили две инстанции. Кроме того, они отметили, что истцы пропустили десятидневный срок для обжалования действий приставов (ч. 3 ст. 219 КАС) – обратились в суд только через полтора месяца после того, как получили ответ.

    Сохранить уровень жизни как цель исполпроизводства

    Султановы пожаловались в Верховный суд, который направил дело на пересмотр в апелляцию. Он напомнил, что при разрешении подобных вопросов надо помнить не только о 50%-м барьере, но и о позиции Конституционного суда:

    Если должник живет на одну лишь пенсию, при решении вопросов взыскания надо уважать его честь и достоинство, сохранить ему и его семье необходимый уровень существования и не оставить их за пределами социальной жизни (см., например, постановление КС от 12 июля 2007 г. № 10-П и определения от 13 октября 2009 г.)

    «Складывается впечатление, что нижестоящие суды и приставы в этом деле вовсе не были знакомы с этой явно выраженной позицией КС», – комментирует партнер правового бюро «Олевинский, Буюкян и партнеры» Елена Полеонова.

    Две инстанции, которые согласились с выводами приставов, оставили без проверки доводы Султановых, изложила коллегия ВС. А надо было проверить, действительно ли пенсия – единственный доход истцов, хватает ли им на нормальную жизнь после удержаний. Кроме того, суды пришли к выводу, что истцы пропустили срок для обращения, но не выяснили причин опоздания. Если они уважительные – срок надо было восстановить, разъясняется в определении 45-КГ16-27. Словом, резюмировала «тройка» ВС, нижестоящие инстанции подошли к делу формально, а по сути в нем не разобрались.

    Неправильно поступили и приставы, уверена Алина Зеленская из Национальной юридической компании «Митра»: они изначально должны были определить уровень жизни должников, запросить все справки и только после этого определить процент удержания. Эту работу служба приставов решила переложить на суд – именно поэтому она рекомендовала пенсионерам туда обратиться, говорит Зеленская.

    pravo.ru

    Право заказчика на удержание неустойки при расчетах по договору подряда

    Споры, связанные с реализацией заказчиком права на удержание неустойки при расчетах по договору подряда в соотношении с положениями статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации

    Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

    Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

    Как указано в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.01.06 N 9-О, возложение законодателем на суды решения вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой своей сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта от 16.12.1966 о гражданских и политических правах).

    Заключенным сторонами договором подряда может быть предусмотрена ответственность за нарушение подрядчиком разного вида обязательств, в том числе за просрочку выполнения работ либо выполнение их с ненадлежащим качеством.

    Как правило, стороны обязательства, вытекающего из подрядных правоотношений, определяют в качестве меры такой ответственности неустойку (штраф, пени), устанавливая в договоре подряда ее размер, порядок начисления и взыскания.

    Неустойка за просрочку исполнения подрядных обязательств, порядок ее начисления и предъявления к уплате может одновременно предусматриваться как соглашением сторон, так и законом.

    Так, законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ и услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, и в частности частями 6 — 8 статьи 34 одноименного Федерального закона от 05.04.13 N 44-ФЗ (далее — Закон N 44-ФЗ), вступившего в силу с 1 января 2014 года, определено, что в случае просрочки исполнения предусмотренных контрактом обязательств заказчик направляет подрядчику требование об уплате неустойки (пени). Пеня предусматривается контрактом и начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Размер пени определяется в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, но должен быть не менее чем одна трехсотая действующей на дату уплаты пени ставки рефинансирования Банка России от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных кон трактом и фактически исполненных подрядчиком. Штрафы начисляются за неисполнение или ненадлежащее исполнение поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом. Размер штрафа устанавливается контрактом в виде фиксированной суммы, определенной в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

    В соответствии с пунктом 11 статьи 9 Федерального закона от 21.07.05 N 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд», который утратил силу в связи с принятием Закона N 44-ФЗ, размер неустойки (штрафа, пеней) устанавливался контрактом в размере не менее одной трехсотой действующей на день уплаты неустойки (штрафа, пеней) ставки рефинансирования Банка России.

    Правила определения размера штрафа, начисляемого в случае ненадлежащего исполнения заказчиком, поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом (за исключением просрочки исполнения обязательств заказчиком, поставщиком (подрядчиком, исполнителем)), и размера пени, начисляемой за каждый день просрочки исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательства, предусмотренного контрактом, утверждены Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.13 N 1063 (далее — Правила).

    Положениями пункта 4 указанных Правил не регламентируются условия определения штрафа в зависимости от объема неисполненных обязательств и не устанавливаются ограничения по применению ответственности, учитывающие принципы соразмерности при начислении неустойки, так как Правила разработаны в целях реализации частей 5 и 6 статьи 34 Закона N 44-ФЗ.

    Как следует из письма Министерства финансов РФ от 27.11.14 N 02-02-04/60726, в настоящее время указанным ведомством по согласованию с Министерством экономического развития РФ, Федеральной антимонопольной службой рассматривается вопрос о подготовке поправок в указанные нормативные акты в целях уточнения порядка применения условий о неустойке. До внесения изменений Министерство финансов РФ предложило руководствоваться следующим.

    Поскольку неустойка рассматривается как одна из мер гражданско-правовой ответственности, это обусловливает ее компенсационный характер. При этом, в отличие от иных видов ответственности, особенностью мер гражданско-правовой ответственности является то, что размер таких мер должен соответствовать понесенным потерпевшим (кредитором) убыткам и не допускать неосновательное обогащение лица, понесшего убытки. В этой связи наступившие убытки (вред) не только являются условием применения ответственности, но и определяют размер ответственности (в отличие от публичных отраслей права, где размер ответственности определяется степенью вины правонарушителя).

    В отличие от возмещения убытков, взыскание неустойки не требует от потерпевшей стороны доказывания наступления неблагоприятных последствий, причинной связи между убытками и поведением должника. Для применения ответственности в виде неустойки достаточно факта нарушения обязательств (в соответствии с пунктом 2 статьи 401 ГК РФ отсутствие вины, влекущее освобождение нарушителя от ответственности, доказывается лицом, нарушившим обязательство).

    В этой связи, как указывается в приведенном письме Министерства финансов РФ, размер установленной в соответствии с Правилами неустойки должен соотноситься с обязательством, неисполнение (ненадлежащее исполнение) которого должником влечет взыскание неустойки.

    Из системного толкования положений статей 330 и 333 ГК РФ, а также из разъяснений, содержащихся в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.11 N 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — Постановление Пленума ВАС РФ N 81), следует, что соразмерность определенной законом либо соглашением сторон неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается.

    Не ограничивая сумму предусматриваемой договором неустойки, ГК РФ вместе с тем предоставляет суду полномочия устанавливать соразмерные основному долгу ее пределы с учетом действительного размера ущерба, причиненного стороне в конкретном договоре.

    Это является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, а следовательно, на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 14.03.01 N 80-О).

    Между тем нередко условиями договоров подряда, государственных и муниципальных контрактов, предусматривающих выполнение подрядных работ для государственных (муниципальных) нужд, устанавливается право заказчика во внесудебном порядке уменьшать при осуществлении расчетов с подрядчиком стоимость выполненных работ на сумму неустойки за просрочку их выполнения либо иное нарушение договорных обязательств, которое сторонами определяется как право на удержание либо зачет неустойки в счет оплаты выполненных работ.

    Согласование такого условия возможно в силу принципа свободы договора, закрепленного в статье 421 ГК РФ, в соответствии с которым стороны могут определять условия договора по своему усмотрению, кроме случаев, когда их содержание предписано законом или иными правовыми актами.

    Согласно правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 19.06.12 N 1394/12, исходя из установленного статьей 421 ГК РФ принципа свободы договора, предусмотренное договором право заказчика уменьшать стоимость выполненных работ путем удержания суммы неустойки за нарушение договора подрядчиком представляет собой не зачет встречных однородных требований, являющийся односторонней сделкой и осуществляемый по правилам статьи 410 ГК РФ, а иной не противоречащий законодательству способ прекращения обязательства. Пунктом 2 статьи 407 ГК РФ допускается прекращение обязательства по требованию одной из сторон в случаях, предусмотренных законом или договором.

    Таким образом, при выраженном заказчиком волеизъявлении на удержание при расчетах из стоимости выполненных работ суммы неустойки за нарушение договора подрядчиком, если такое право предусмотрено договором, обязательство заказчика перед подрядчиком по оплате выполненных работ прекращается в части, равной начисленной неустойке, и, соответственно, на момент такого удержания соразмерность начисленной неустойки последствиям нарушения подрядчиком обязательств не может быть проверена в судебном порядке.

    В такой ситуации возникает вопрос, лишен ли при этом подрядчик права заявить в суд иск об уменьшении удержанной заказчиком неустойки на основании статьи 333 ГК РФ, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, и представить суду доводы о том, что такое удержание неустойки не только не привело к прекращению обязательства по оплате работ в размере, указанном заказчиком, а, напротив, повлекло образование на его стороне неосновательного обогащения за счет подрядчика.

    Формируя судебную практику по этому вопросу, Президиум ВАС РФ в упомянутом ранее Постановлении от 19.06.12 N 1394/12, рассмотрев спор, связанный с примененным заказчиком при расчетах с подрядчиком в соответствии с условиями договора удержанием неустойки, начисленной за просрочку выполнения работ, указал, что сторона, обязанная уплатить неустойку, вправе поставить вопрос о применении к ее размеру положений статьи 333 ГК РФ как в рамках конкретного дела, так и путем предъявления самостоятельного иска о возврате неосновательного обогащения по правилам статьи 1102 Кодекса.

    При этом Президиум ВАС РФ в своей правовой позиции опирался на положения пункта 5 Постановления Пленума ВАС РФ N 81, согласно которому списание по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ) не лишает последнего права ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 Кодекса, например путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ).

    Ранее в пункте 4 информационного письма от 20.10.10 N 141 «О некоторых вопросах применения положений статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее — информационное письмо N 141) Президиум ВАС РФ также разъяснял, что факт исполнения обязательства должника по уплате неустойки посредством безакцептного списания денежных средств с его расчетного счета сам по себе не означает отсутствие у него права потребовать возврата излишне уплаченной неустойки. Суд, рассматривая данное требование и установив несоразмерность уплаченной неустойки последствиям нарушения обязательства (статья 333 ГК РФ) либо отсутствие оснований для привлечения должника к ответственности за нарушение обязательства (пункт 2 статьи 330 Кодекса), выносит решение о возврате излишне уплаченной неустойки применительно к пункту 3 статьи 1103 ГК РФ.

    Таким образом, указывая в Постановлении от 19.06.12 N 1394/12 на прекращение обязательства заказчика по оплате подрядных работ полностью или в части вследствие удержания неустойки, Президиум ВАС РФ по существу признал условность такого способа прекращения денежного обязательства, предоставив подрядчику право оспаривать в судебном порядке сумму удержанной неустойки по мотиву ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

    Как показывает судебная практика Арбитражного суда Северо-Западного округа (далее — АС СЗО), изначально не всеми судами округа была воспринята данная правовая позиция.

    Так, в рамках рассмотрения арбитражного дела по иску общества (подрядчик) к государственному бюджетному образовательному учреждению (заказчик) о взыскании долга по договору подряда было установлено, что требование общества к учреждению по существу представляет собой не требование об оплате задолженности за выполненные работы, а требование о возврате неустойки, излишне удержанной заказчиком при расчетах по договору подряда.

    Суд первой инстанции признал, что право заказчика на удержание неустойки при расчете за выполненные работы не противоречит требованиям гражданского законодательства. Возможность уменьшения судом неустойки не препятствует реализации заказчиком предусмотренного контрактом права на прекращение обязательства по оплате в соответствующей части.

    Применив положения статьи 333 ГК РФ, суд первой инстанции снизил размер неустойки и удовлетворил исковые требования подрядчика за вычетом указанной суммы.

    Суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции и отказал истцу в удовлетворении иска в полном объеме, признав ненадлежащим избранный им способ защиты нарушенного права. Сославшись на статью 421 ГК РФ, апелляционный суд указал, что обществу при заключении договора было известно о размере и условиях применения штрафных санкций за ненадлежащее выполнение принятых на себя обязательств. По мнению апелляционного суда, размер подлежащей уплате неустойки может быть уменьшен судом только в случае рассмотрения спора о взыскании такой неустойки в судебном порядке.

    АС СЗО признал эту правовую позицию апелляционного суда ошибочной и противоречащей разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума ВАС РФ N 81 и информационном письме N 141.

    Суд кассационной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, установившего, что неустойка, удержанная ответчиком при расчетах, была явно несоразмерной последствиям нарушения истцом договорных обязательств, и отметил, что суд, применив положения статьи 333 ГК РФ, обоснованно уменьшил размер спорной неустойки и взыскал с учреждения в пользу общества сумму неосновательно удерживаемых денежных средств, которая представляет собой неосновательное обогащение учреждения за счет общества (статья 1102 Кодекса).

    В кассационном порядке Постановление суда апелляционной инстанции было отменено, а решение суда первой инстанции оставлено в силе (Постановление АС СЗО от 19.01.15 по делу N А56-9409/2014).

    О том, что АС СЗО последовательно придерживается правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 19.06.12 N 1394/12, свидетельствуют Постановления указанного суда кассационной инстанции от 30.01.15 по делу N А05-4201/2014, от 15.04.15 по делу N А56-28748/2014 и от 02.06.15 по делу N А56-27771/2014.

    Как показывает судебно-арбитражная практика, рассматривая споры о взыскании с заказчика в пользу подрядчика стоимости выполненных работ либо неосновательного обогащения в связи с удержанием заказчиком неустойки при расчетах по договору подряда, суды исходят из того, что уменьшение этой неустойки на основании статьи 333 ГК РФ может производиться, только если имеются соответствующее заявление истца при рассмотрении дела по правилам суда первой инстанции и доказательства, позволяющие установить явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, как это определено в пунктах 1 и 3 Постановления Пленума ВАС РФ N 81.

    Между тем наблюдается различный подход судов к тому, в какую процессуальную форму должно облекаться такое заявление.

    Так, общество (подрядчик) обратилось в арбитражный суд с иском к администрации одного из районов города Санкт-Петербурга (заказчик) о взыскании неосновательного обогащения, полагая неустойку, начисленную заказчиком за просрочку выполнения работ, неправомерно удержанной при расчетах по договору подряда.

    Суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о возможности частичного удовлетворения требования общества о взыскании с администрации неосновательного обогащения.

    Руководствуясь пунктом 5 Постановления Пленума ВАС РФ N 81, суды, исходя из несоразмерности удержанных санкций, снизили размер исчисленной администрацией неустойки за нарушение сроков выполнения работ на основании статьи 333 ГК РФ и взыскали с нее в пользу общества неосновательное обогащение за вычетом суммы уменьшенной неустойки.

    Суд кассационной инстанции отменил принятые по делу судебные акты и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, обратив внимание суда на то, что общество, заявляя иск о взыскании с ответчика неосновательного обогащения, а также в представленных позднее дополнительных разъяснениях по иску о явной несоразмерности удержанной ответчиком неустойки последствиям нарушения обязательств не заявляло.

    Как указал суд кассационной инстанции, согласно пункту 1 Постановления Пленума ВАС РФ N 81 исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Кодекса только при наличии соответствующего заявления стороны. При этом должны быть представлены доказательства, свидетельствующие о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности о том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

    Общество же, обосновывая иск о взыскании с администрации неосновательного обогащения, приводило иные доводы относительно неправомерности удержания неустойки при расчетах за выполненные работы, указывая на несоблюдение администрацией всех формальных требований, предусмотренных договором к такому виду уменьшения суммы долга.

    Однако обоснованность начисления санкций за ненадлежащее выполнение подрядчиком условий договора и проведения зачета суды не исследовали и не проверяли.

    С учетом приведенных обстоятельств суд кассационной инстанции признал, что выводы судов о несоразмерности удержанной ответчиком неустойки сделаны без достаточных на то оснований (Постановление АС СЗО от 20.11.14 по делу N А56-4979/2014).

    По другому аналогичному спору между теми же лицами о взыскании неосновательного обогащения по тому же договору подряда суд первой инстанции частично удовлетворил исковые требования истца, указав на то, что ответчик неверно определил период расчета удержанной неустойки.

    Оснований для применения статьи 333 ГК РФ суд не нашел, поскольку соответствующее ходатайство о применении положений этой статьи Кодекса истцом не заявлялось.

    Однако суд апелляционной инстанции решение суда первой инстанции изменил, начисленную и удержанную ответчиком неустойку уменьшил на основании статьи 333 ГК РФ, усмотрев явную несоразмерность начисленной неустойки последствиям нарушения подрядчиком обязательств по договору.

    Вывод суда первой инстанции об отсутствии соответствующего заявления истца о применении статьи 333 ГК РФ апелляционный суд признал ошибочным, поскольку истец, обращаясь в суд с исковым заявлением, изначально указывал на то, что неустойка в размере 3% от цены договора за каждый день просрочки является необоснованно завышенной и составляет фактически 1/3 от стоимости работ, предусмотренных договором.

    Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности и принцип соразмерности суммы неустойки последствиям нарушения обязательства, суд апелляционной инстанции снизил размер неустойки, рассчитав ее размер исходя из ставки 0,1% от суммы контракта за каждый день просрочки.

    Суд кассационной инстанции признал установленные апелляционным судом фактические обстоятельства правильными, а его правовой подход об основаниях снижения неустойки соответствующим позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 17.12.13 N 12945/13, согласно которой получение в рамках исполнения государственных контрактов денежных средств с поставщиков (исполнителей, подрядчиков) за счет завышения санкций не может признаваться правомерным (Постановление АС СЗО от 30.10.14 по делу N А56-4977/2014).

    Конечно же, не исключено, что по указанным выше делам судами при рассмотрении споров принимались во внимание различные обстоятельства, касающиеся наличия либо отсутствия волеизъявления истца на применение судами положений статьи 333 ГК РФ.

    Между тем полагаем правовой подход судов апелляционной и кассационной инстанций при разрешении дела N А56-4977/2014 более отвечающим правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 11.06.13 N 1396/12, из которой следует, что судом должны приниматься во внимание доводы подрядчика о явной несоразмерности удержанной заказчиком неустойки независимо от того, в какой процессуальной форме они выражены.

    В этой связи представляется, что подрядчик, обращающийся в арбитражный суд с иском о взыскании с заказчика задолженности по оплате выполненных работ либо неосновательного обогащения, основанным на обстоятельствах наличия явной несоразмерности удержанной при расчетах неустойки последствиям нарушения обязательства, вправе просить суд, рассматривающий дело по правилам суда первой инстанции, применить к неустойке положения статьи 333 ГК РФ не только в отдельном заявлении или ходатайстве, но и непосредственно в исковом заявлении либо ином исходящем от истца документе, а также устно, если это заявление зафиксировано в протоколе и аудиозаписи судебного заседания.

    Однако наличие указанного заявления само по себе не означает, что истец освобожден от обязанности обосновывать и доказывать в суде несоразмерность удержанной неустойки.

    Так, общество (подрядчик), полагая, что сумма удержанной заказчиком неустойки является чрезмерной, обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с заказчика неосновательного обогащения.

    Суд первой инстанции, применив положения статьи 333 ГК РФ, пришел к выводу о возможности частичного удовлетворения требования истца.

    Отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении иска в полном объеме, суд апелляционной инстанции исходил из того, что оснований для снижения размера неустойки не имелось.

    Суд кассационной инстанции оставил постановление апелляционного суда без изменения, указав на правомерность выводов апелляционного суда о том, что явную несоразмерность суммы неустойки последствиям нарушения обязательства истец не обосновал и не доказал.

    Как следовало из материалов дела, работы по трем этапам договора сданы заказчику с нарушением сроков, установленных договором и графиком финансирования и выдачи рабочей документации. Предусмотренная условиями договора неустойка подлежала начислению в определенном договором размере от стоимости соответствующего этапа работ за каждый день просрочки.

    Подрядчик, заявляя о необходимости применения положений статьи 333 ГК РФ к исчисленной неустойке, ссылался лишь на то, что установленный договором размер неустойки значительно превышает ставку рефинансирования Банка России.

    Как указал суд кассационной инстанции, в силу статьи 421 ГК РФ юридические лица свободны в заключении договора; условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

    В рассматриваемом случае условия о размере неустойки согласованы сторонами в договоре. Общество должно было предвидеть неблагоприятные последствия несвоевременного исполнения своих обязательств.

    Вопреки требованиям части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее — АПК РФ), доказательств несоразмерности неустойки подрядчик не представил, а поэтому суд апелляционной инстанции обоснованно отказал истцу в иске (Постановление АС СЗО от 21.05.15 по делу N А56-34018/2014).

    Аналогичная правовая позиция нашла отражение и в Постановлениях АС СЗО от 30.01.15 по делу N А56-76560/2013 и от 15.04.15 по делу N А05-9293/2014.

    Такого же подхода придерживаются суды иных округов, что следует из Постановлений Федерального арбитражного суда Центрального округа от 29.05.14 по делу N А64-5058/2013текст, Арбитражного суда Дальневосточного округа от 08.04.15 по делу N А51-20395/2014, Федерального арбитражного суда Уральского округа от 27.06.14 по делу N А76-25339/2013.

    Следует отметить, что суды при рассмотрении обозначенной категории споров исходят из того, что подрядчик не вправе претендовать на уменьшение удержанной заказчиком неустойки по основаниям, предусмотренным статьей 333 ГК РФ, если он в той или иной форме выражал свое согласие с размером неустойки, начисленной заказчиком.

    Как указано в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ N 81, если подлежащая уплате неустойка перечислена должником добровольно, он не вправе требовать снижения суммы такой неустойки на основании статьи 333 ГК РФ. Вместе с тем должник вправе доказывать, что перечисление неустойки не было добровольным и, в частности, совершено им под влиянием действий или выраженных намерений кредитора, злоупотребляющего своим доминирующим положением.

    Указанная правовая позиция воспринята рядом арбитражных судов и применительно к обстоятельствам, связанным с удержанием заказчиком при расчетах по договорам подряда неустойки в размере, признаваемом подрядчиком.

    Так, Федеральный арбитражный суд Уральского округа признал обоснованными выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии оснований для применения статьи 333 ГК РФ по заявлению подрядчика, учитывая, что последним без возражений подписано с застройщиком дополнительное соглашение, в котором стороны, определив размер неустойки в указанной в нем сумме, установили, что она покрывает убытки застройщика, возникшие перед инвестором. Этим же соглашением предусмотрено, что окончательный расчет по договору заказчик производит за вычетом названной неустойки.

    При таких обстоятельствах суды пришли к выводу, что подрядчик согласился с периодом и размером начисленной ему неустойки, которая правомерно удержана застройщиком из денежных средств, подлежащих перечислению подрядчику в качестве оплаты по договору подряда.

    Поскольку подрядчик не представил суду доказательства в обоснование несоразмерности данной неустойки, а его доводы о том, что дополнительное соглашение подписано под давлением застройщика, судами отклонены, в удовлетворении требований подрядчика об оплате задолженности за выполненные работы, возникшей в результате удержания неустойки, отказано (Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 22.08.13 по делу N А60-42998/2012).

    По ряду других дел суды указанного округа, признав, что установленный соглашением сторон размер неустойки 0,5% в день от цены контракта сам по себе не может служить основанием для применения статьи 333 ГК РФ, а подрядчиком подписан акт сдачи-приемки проектной документации, в котором отражена сумма, подлежащая уплате за выполненные работы с учетом удержания начисленной за просрочку выполнения работ неустойки, указали, что, добровольно подписывая указанный акт, подрядчик выразил свое согласие на удержание начисленной неустойки.

    С учетом установленных обстоятельств суды отказали подрядчику в иске о взыскании с заказчика задолженности за выполненные работы (Постановления Федерального арбитражного суда Уральского округа от 09.09.13 по делу N А60-2225/2013, от 13.09.13 по делу N А60-3140/2013 и от 19.09.13 по делу N А60-3141/2013).

    Федеральный арбитражный суд Поволжского округа поддержал правовую позицию апелляционного суда, отменившего решение суда первой инстанции и отказавшего подрядчику в удовлетворении иска об уменьшении размера неустойки и взыскании с заказчика излишне уплаченной неустойки. Доводы подрядчика о том, что он уплатил неустойку вынужденно, с целью сохранения банковской гарантии, признаны судами несостоятельными.

    Как указали суды, истцом не представлено доказательств в обоснование того, что контракт с заказчиком заключался им под влиянием угроз или обмана и что в момент заключения договора он был введен в заблуждение и не был свободен в заключении контракта на соответствующих условиях.

    В результате судами сделан вывод о том, что истец должен был предвидеть наступление для него неблагоприятных последствий в случае ненадлежащего исполнения принятых на себя по контракту обязательств в виде уплаты неустойки. При этом истец, являясь коммерческой организацией, должен был действовать добросовестно и осмотрительно, принимать все надлежащие меры для избежания гражданско-правовой ответственности.

    Судами принято во внимание, что оспариваемая сумма неустойки перечислена подрядчиком добровольно, притом что доказательства, подтверждающие доминирующее положение ответчика на рынке определенного товара, истцом (подрядчиком) в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ не представлены.

    В Постановлении суда кассационной инстанции отмечено, что деятельность подрядчика является предпринимательской и осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих. Следовательно, действия истца, добровольно перечислившего неустойку по мотиву сохранения банковской гарантии, при отсутствии доказательств доминирующего положения ответчика на рынке товаров, не являются основанием для применения статьи 333 ГК РФ (Постановление Федерального арбитражного суда Поволжского округа от 18.11.13 по делу N А65-2160/2013).

    Между тем судебно-арбитражная практика судов Северо-Западного округа показывает наличие и иного подхода к вопросу возможности применения положений статьи 333 ГК РФ при добровольно выраженном подрядчиком согласии с суммой начисленной заказчиком неустойки, удержанной при оплате выполненных работ.

    В связи с наличием у муниципального учреждения (заказчик) задолженности перед обществом (подрядчик) по оплате работ, выполненных последним с нарушением срока, стороны заключили мировое соглашение, по условиям которого заказчик обязался уплатить подрядчику определенную сумму задолженности за вычетом удержанной неустойки в указанной в этом соглашении сумме.

    Мировое соглашение утверждено Определением Арбитражного суда Республики Карелия в рамках рассмотрения дела N А26-308/2013. Учреждение исполнило мировое соглашение в полном объеме.

    Однако мировое соглашение было утверждено арбитражным судом при наличии в нем оговорки о том, что указание в тексте мирового соглашения на удержание учреждением из суммы задолженности неустойки в определенном размере не является подтверждением согласия общества с размером подлежащей к уплате неустойки и не лишает последнего законного права на обращение в суд с заявлением об уменьшении размера договорной неустойки в порядке статьи 333 ГК РФ.

    Общество, полагая, что начисленная неустойка несоразмерна последствиям нарушенного обязательства, обратилось к учреждению с иском об уменьшении договорной неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

    Несмотря на то что учреждение считало не подлежащим изменению утвержденное судом и имеющее силу судебного решения мировое соглашение, в котором сторонами определен размер взыскиваемой с общества неустойки, суды первой и апелляционной инстанций удовлетворили исковые требования истца и взыскали с ответчика значительную часть неустойки, удержанной по мировому соглашению, в качестве излишне уплаченной.

    Суд кассационной инстанции оставил принятые по делу судебные акты без изменения, указав на то, что условиями мирового соглашения определялась возможность отсутствия согласия общества на уплату рассчитанной учреждением неустойки, а утвержденное судом мировое соглашение не содержит условия о прекращении обязательства подрядчика по уплате неустойки, в связи с чем общество было вправе обратиться в арбитражный суд с требованием о ее уменьшении в порядке статьи 333 ГК РФ (Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 29.01.14 по делу N А26-1630/2013).

    Представляется, что такой правовой подход судов применительно к конкретным обстоятельствам рассмотренного спора является верным и не противоречит более позднему Постановлению Пленума ВАС РФ от 18.07.14 N 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе».

    Пунктом 15 данного Постановления разъяснено, что с учетом положений части 2 статьи 9 АПК РФ, если стороны при заключении мирового соглашения прямо не оговорили в нем иные правовые последствия для соответствующего правоотношения (включающего как основное обязательство, из которого возникло заявленное в суд требование (требования), так и дополнительные), такое соглашение сторон означает полное прекращение спора, возникшего из этого правоотношения. В связи с этим последующее выдвижение в суде новых требований из того же правоотношения, независимо от того, возникло такое требование из основного либо из дополнительного обязательства, не допускается.

    В приведенном случае в мировом соглашении, утвержденном судом по делу N А26-308/2013, стороны оговорили иные правовые последствия в отношении штрафных санкций, позволяющие подрядчику обратиться в суд с требованием о взыскании излишне удержанной неустойки на основании статьи 333 ГК РФ, а поэтому у судов не имелось процессуальных препятствий к рассмотрению и удовлетворению этих требований.

    Вследствие сказанного следует обратить внимание на еще недостаточно устоявшуюся практику арбитражных судов округов по вопросу о том, вправе ли подрядчик требовать взыскания с заказчика излишне удержанной неустойки по основаниям ее несоразмерности последствиям нарушения обязательства в отдельном иске, если законность и обоснованность такого удержания подтверждена вступившим в законную силу решением арбитражного суда.

    Так, арбитражными судами первой и апелляционной инстанций удовлетворены исковые требования общества (подрядчик) о взыскании с комитета жилищно-коммунального хозяйства (заказчик) неосновательного обогащения в связи с несоразмерностью удержанной заказчиком неустойки последствиям нарушения обязательства по своевременному выполнению подрядных работ по контракту.

    Обжалуя принятые по делу судебные акты в кассационном порядке, комитет указывал на то, что вступившим в законную силу Постановлением апелляционного суда по делу N А03-7840/2013 было отменено решение суда первой инстанции в части взыскания с комитета в пользу общества задолженности по оплате выполненных работ и в удовлетворении иска в этой части отказано, поскольку признано законным и соответствующим условиям контракта удержание комитетом суммы неустойки в размере имеющейся неоплаченной задолженности.

    По мнению подателя жалобы, общество, подавая иск о взыскании с комитета неосновательного обогащения в связи с несоразмерностью удержанной неустойки, фактически обратилось с требованием о пересмотре Постановления суда апелляционной инстанции, принятого по делу N А03-7840/2013.

    Суд кассационной инстанции оставил решение и постановление судов без изменения, указав на то, что действительно Постановлением апелляционного суда по делу N А03-7840/2013, имеющим преюдициальное значение для разрешаемого спора, установлена правомерность удержания комитетом неустойки, начисленной подрядчику за нарушение сроков выполнения работ.

    Однако, как отметил суд кассационной инстанции, общество при рассмотрении указанного дела не заявляло об уменьшении размера удержанной неустойки, а поэтому было вправе поставить вопрос о применении к ее размеру положений статьи 333 ГК РФ путем предъявления самостоятельного иска, что допускается положениями пункта 5 Постановления Пленума ВАС РФ N 81 (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 14.11.14 по делу N А03-1726/2014).

    АС СЗО занимает в этом вопросе иную правовую позицию.

    По арбитражному делу N А56-74208/2013 общество (заказчик) обратилось в арбитражный суд с иском к другому обществу (подрядчик) о взыскании неустойки в размере, не удержанном в соответствии с условиями договора во внесудебном порядке.

    Подрядчик предъявил встречный иск об уменьшении на основании статьи 333 ГК РФ штрафных санкций, начисленных по договору подряда, и о взыскании с заказчика суммы излишне удержанных денежных средств по этому договору.

    Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, подрядчику в удовлетворении встречного иска отказано. Производство по первоначальному иску прекращено в связи с отказом истца от иска.

    В ходе рассмотрения дела судебными инстанциями установлено, что подрядчик ранее обращался в арбитражный суд с иском о взыскании с заказчика задолженности по оплате работ, выполненных в рамках спорного договора. Судебными актами первой и апелляционной инстанций по делу N А56-47063/2011 исковые требования подрядчика удовлетворены частично. Постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа указанные судебные акты в части удовлетворения требований истца отменены. Основанием для принятия Постановления суда кассационной инстанции по делу N А56-47063/2011 послужил вывод о правомерном начислении и удержании ответчиком (заказчиком) из причитающихся подрядчику платежей в рамках договора подряда неустойки за нарушение сроков выполнения работ и штрафа за расторжение заказчиком договора в одностороннем порядке. В рамках рассмотрения дела N А56-47063/2011 подрядчик не оспаривал факт нарушения сроков выполнения работ по договору подряда, произведенный заказчиком расчет штрафны х санкций и не требовал их уменьшения на основании статьи 333 ГК РФ. Расчет штрафных санкций, начисленных подрядчику, был проверен судом кассационной инстанции и признан обоснованным по праву и размеру.

    Учитывая приведенные обстоятельства, суды трех инстанций, рассматривая в рамках дела N А56-74208/2013 иск подрядчика о взыскании с заказчика суммы излишне удержанной неустойки, его апелляционную и кассационную жалобы, указали в судебных актах на то, что в соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

    Поскольку подрядчик при рассмотрении дела N А56-47063/2011 о взыскании с заказчика задолженности не заявил о несоразмерности удержанных заказчиком штрафных санкций и об их уменьшении на основании статьи 333 ГК РФ, обязательство заказчика по оплате выполненных работ признано судом прекращенным, а спорная сумма задолженности — не подлежащей взысканию.

    Суд кассационной инстанции в Постановлении по делу N А56-74208/2013 отметил, что предъявление подрядчиком самостоятельного иска с указанными требованиями вне рамок спора, разрешенного судом по делу N А56-47063/2011, лишает сложившиеся правоотношения сторон в отношении завершения расчетов по договору правовой определенности.

    Заявленные подрядчиком требования по делу N А56-74208/2013 направлены по существу на восполнение недостатков доказательственной базы и последствий несовершения им необходимых процессуальных действий, допущенных при рассмотрении судами дела N А56-47063/2011, что не может быть признано правомерным.

    Судом кассационной инстанции решение и Постановление судов первой и апелляционной инстанций оставлены без изменения (Постановление АС СЗО от 02.02.15 по делу N А56-74208/2013).

    Аналогичные выводы сделаны и в Постановлении АС СЗО от 01.06.15 по делу N А13-10258/2014.

    Полагаем приведенную правовую позицию Арбитражного суда Северо-Западного округа не противоречащей разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ N 81, но в большей мере отвечающей принципу правовой определенности, необходимой предпосылкой которого выступает принцип res judicata (§ 52 Постановления Европейского суда по правам человека от 24.07.03 (жалоба N 52854/99) по делу «Рябых (Ryabykh) против Российской Федерации»), требующий inter alia, чтобы при окончательном разрешении дела судами их постановления не вызывали сомнения.

    Данный принцип устанавливает запрет на рассмотрение тождественного дела другим судом в новом процессе и недопустимость рассмотрения уже решенного дела по существу в рамках проверочной деятельности вышестоящего суда. Исходя из этого правовая определенность судебного решения в первую очередь и главным образом заключается в его стабильности, в неизменности прав и обязанностей, правоотношений, установленных и подтвержденных судом в результате рассмотрения дела.

    Отдельно стоит отметить то, в каком направлении развивается судебно-арбитражная практика после принятия Постановления Президиума ВАС РФ от 19.06.12 N 1394/12, определившего, что удержание заказчиком неустойки является особым, предусмотренным соглашением сторон способом прекращения обязательства, отличающимся от зачета встречных однородных требований, применительно к тем ситуациям, когда по условиям договора подряда удержание заказчиком неустойки во внесудебном порядке подлежит осуществлению по правилам статьи 410 ГК РФ.

    В Постановлении от 10.07.12 N 2241/12 Президиум ВАС РФ со ссылкой на свое информационное письмо от 29.12.01 N 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований» (далее — информационное письмо Президиума ВАС РФ N 65) указал, что статья 410 ГК РФ не требует, чтобы предъявляемое к зачету требование вытекало из того же обязательства или из обязательств одного вида.

    В связи с этим Президиум ВАС РФ разъяснил, что встречные требования об уплате неустойки и о взыскании задолженности являются, по существу, денежными, то есть однородными, и при наступлении срока исполнения могут быть прекращены зачетом по правилам статьи 410 ГК РФ.

    Таким образом, требование об уплате неустойки, являющейся мерой гражданско-правовой ответственности, признано однородным по отношению к самому гражданско-правовому обязательству по оплате подрядных работ, с возможностью зачета таких требований в качестве встречных.

    Соотношение данной правовой позиции Президиума ВАС РФ с его же правовой позицией, отраженной в Постановлении от 19.06.12 N 1394/12, о том, что удержание заказчиком неустойки является особым, предусмотренным соглашением сторон способом прекращения обязательства, отличающимся от зачета встречных однородных требований, привело к различной оценке судами фактических обстоятельств дел о взыскании задолженности по договорам подряда, где по соглашению сторон удержание заказчиком неустойки за нарушение подрядчиком договорных обязательств должно осуществляться по правилам статьи 410 ГК РФ.

    В качестве примеров приведем следующие дела.

    Общество (субподрядчик) взыскивало с муниципального предприятия (генподрядчик) задолженность по двум различным договорам субподряда на выполнение работ по текущему содержанию территорий общего пользования и земель резерва отдельных районов города Череповца.

    Указанными договорами предусматривалась ответственность субподрядчика за различные нарушения возложенных на него обязанностей в виде уплаты пеней и штрафов.

    При этом пунктами 2.5 каждого из договоров субподряда было определено право генподрядчика в случае отказа субподрядчика от добровольной уплаты неустойки в размере, предусмотренном условиями договора, уменьшить сумму, подлежащую уплате за работы, на сумму начисленной неустойки, направив субподрядчику уведомление о зачете встречных взаимных требований в порядке статьи 410 ГК РФ.

    По обоим делам судами первой и апелляционной инстанций установлено, что генподрядчик со ссылкой на нарушение субподрядчиком договорных обязательств направил последнему претензии об уплате начисленной неустойки в добровольном порядке и, поскольку его претензии не были удовлетворены, удержал соответствующие суммы неустойки при оплате выполненных и принятых от субподрядчика работ, заявив ему в письменном виде об осуществленном зачете в порядке статьи 410 ГК РФ.

    Субподрядчик, не согласившись с таким удержанием, обратился в арбитражный суд с исками о взыскании с генподрядчика задолженности за выполненные работы.

    Суды первой и апелляционной инстанций, установив то обстоятельство, что письма генподрядчика о зачете встречных однородных требований вручены субподрядчику после предъявления им исков в арбитражный суд, удовлетворили исковые требования субподрядчика, сославшись на положения пункта 1 информационного письма Президиума ВАС РФ N 65, согласно которому обязательство не может быть прекращено зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил, после предъявления иска к лицу, имеющему право заявить о зачете.

    Как указано в данном информационном письме, в этом случае зачет может быть произведен при рассмотрении принятого судом встречного иска.

    АС СЗО, рассмотрев кассационную жалобу генподрядчика в рамках дела N А13-1240/2014, Постановлением от 24.11.14 оставил решение и Постановление судов без изменения, признав выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствующими материалам дела и нормам материального права.

    Однако Постановлением от 25.11.14 по делу N А13-2077/2014 суд кассационной инстанции при аналогичных обстоятельствах принятые по делу судебные акты отменил и в удовлетворении исковых требований субподрядчика отказал.

    Основанием для принятия такого Постановления послужил вывод суда о том, что в соответствии с пунктом 1 статьи 407 ГК РФ обязательство может быть прекращено полностью или частично по основаниям, предусмотренным договором. В рассмотренном случае стороны, согласовав в договоре условие о праве генподрядчика удержать за нарушение принятых обязательств в счет причитающихся платежей сумму неустойки (пункт 2.5), предусмотрели условие о прекращении встречных денежных требований, что не противоречит статьям 330 и 421 ГК РФ.

    Как указал суд кассационной инстанции, для реализации названного условия договора не требуется заявления о зачете или предъявления встречного иска. Поскольку согласно материалам дела субподрядчик неустойку не уплатил, генподрядчик при оплате выполненных работ воспользовался своим правом и уменьшил сумму, подлежащую уплате, на сумму неустойки, тем самым уведомив субподрядчика о зачете встречных взаимных требований.

    Постановления АС СЗО по упомянутым делам были обжалованы в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (далее — ВС РФ).

    Определением от 02.03.15 N 307-ЭС15-299 по делу N А13-1240/2014 ВС РФ отказал генподрядчику в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам.

    Постановление АС СЗО от 25.11.14 по делу N А13-2077/2014, напротив, подверглось пересмотру и было отменено Определением от 09.06.15 N 307-ЭС15-795 с оставлением в силе решения и Постановления судов первой и апелляционной инстанций.

    Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ признала правильным применение судами первой и апелляционной инстанций к обстоятельствам рассмотренного спора пункта 1 информационного письма Президиума ВАС РФ N 65.

    Исходя из того, что со встречным иском о взыскании неустойки предприятие (генподрядчик) в суд не обращалось, а его требования о зачете заявлены после предъявления к нему иска о взыскании задолженности, судебная коллегия признала, что обязательство генподрядчика по оплате выполненных работ в сумме начисленной им неустойки не прекратилось.

    Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ указала, что Постановление АС СЗО от 25.11.14 по делу N А13-2077/2014 нарушает права и законные интересы субподрядчика, который надлежащим образом выполнил работу, ее результат принят генподрядчиком без каких-либо замечаний, однако субподрядчик лишен возможности получить оплату за эти работы, что противоречит статьям 711 и 720 ГК РФ.

    Окончательные результаты разрешения данного дела, конечно же, не позволяют сделать вывод о том, что Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ своим Определением от 09.06.15 N 307-ЭС15-795 внесла коррективы в правовую позицию Президиума ВАС РФ, изложенную в Постановлении от 19.06.12 N 1394/12, который определил удержание неустойки в качестве особого, предусмотренного договором способа прекращения обязательства по оплате выполненных работ, отличающегося от зачета встречных однородных требований. Конкретные обстоятельства этих дел различны.

    Между тем, если условия договора подряда предусматривают, что такое удержание должно производиться именно в форме зачета встречных однородных требований в порядке статьи 410 ГК РФ, судам необходимо будет учитывать, заявлено ли заказчиком о таком зачете до либо после предъявления подрядчиком в суд иска о взыскании задолженности по оплате работ.

    Резюмируя изложенное, следует признать, что, за исключением некоторых расхождений в правовых подходах, суды округов единообразно применяют к спорам, связанным с реализацией заказчиком права на удержание неустойки при расчетах по договору подряда в соотношении с положениями статьи 333 ГК РФ, нормы материального права и соответствующие правовые позиции высших судебных инстанций.

    m.ppt.ru