Полезные статьи

Пенсии последнии новости

Пенсионная реформа: Медведев не слышит, Путин молчит

А в это время в стране уже начались аресты, отдуваться за все будут депутаты

Недовольство россиян, категорически не согласных с повышением возраста выхода на заслуженный отдых, во внимание не приняты. Их попросту проигнорировали те, кого принято называть у нас народными избранниками — депутаты действующей Государственной думы РФ. На пленарном заседании в минувший четверг они в первом чтении приняли предложенный правительством Дмитрия Медведева законопроект о пенсионной реформе.

328 думцев (против 104-х) документ одобрили. Это члены проправительственной фракции «Единая Россия», имеющей подавляющее большинство мест в нынешней ГД РФ.

Правда, послушно кивали головами вслед за своим руководством, читай, действующей властью, на этот раз не все единороссы. Например, депутат от Крыма Наталья Поклонская открыто заявила о неприятии реформы в предлагаемом виде. Товарищам по партии она объяснила, что они торопятся с утверждением документа, он явно сырой, составленный без учета сегодняшних реалий жизни россиян. Накануне голосования Поклонская через соцсети предложила пользователям высказывать своё мнение и конструктивные предложения по обсуждаемой теме. Только за первые пару часов после того, как она кинула клич, пришло несколько сот откликов! И продолжают приходить. Кстати, за это непослушание ей грозит лишение поста главы одной из депутатских комиссии. О чем сообщил руководитель фракции Сергей Неверов.

Как власть использует мошеннические схемы, обманывая нас с вами

Другой представитель «ЕС» 47-летний Сергей Железняк на слушания в Охотном ряду и вовсе не пришел, не желая участвовать в голосовании. Не испугался возможной отставки с важного партийного поста. Кроме него ещё семь думских единороссов отсутствовали на плановом «парламентском четверге». Кто-то официально находится на больничном. Кто-то, как, например, Вячеслав Фетисов, в командировке. А, скажем, Виталий Милонов, представляющий в ГД РФ Петербург, взял отгул по семейным обстоятельствам.

Корреспондент «СП», будучи давно знакома с Виталием Валентиновичем, позвонила ему, чтобы уточнить его позицию по скандальной реформе. Тем более что несколько месяцев назад, вскоре после президентских выборов, когда из правительства просочились слухи о том, что новый-старый премьер Дмитрий Медведев и его подчиненные вернулись к идее увеличения пенсионного возраста, законотворец Милонов не скрывал скептического к этому отношения. Говорил о необходимости «сто раз всем нам подумать, прежде чем что-то предлагать и утверждать».

На этот раз на мой звонок ответил его помощник. «Виталий Валентинович перевел номер своего мобильного на меня, так как в данный момент он в краткосрочном отпуске, — услышала я в трубке. — Возникла необходимость побыть сейчас с детьми. Он ведь, как вы знаете, многодетный отец».

Это, кажется, первый случай, когда депутат, ярый борец с разного рода «европейскими ценностями», будучи в здравии, не отвечает на звонки. Обычно на связи он чуть ли не круглые сутки, даже заболев, помнится, не отказал в комментарии…

Между тем, неприятие предлагаемой пенсионной реформы выводит на улицы разных городов страны все больше и больше россиян. Например, в Саратове митинги проходят сейчас чуть ли не каждый день. Не останавливает людей даже жуткая жара. Собирается на них от трехсот до тысячи человек. Митингуют, ставят подписи под петициями, которые отправляют затем в Кремль. Считают, что власть обманула их.

В Кемерово, столице шахтерского Кузбасса, мэрия согласовала для акции протеста площадь возле мототрека, это фактически окраина города, куда непросто добраться на общественном транспорте. Тем не менее, на митинг приехало порядка полутора тысяч человек. В том числе, из отдаленных мест области, потратив на дорогу в один конец не менее пяти часов. И хотя шахтерам повышать возраст выхода на покой, как и стаж работы, не планируется, они против реформы. Считают, «не с того конца» начало правительство реформирование экономики. «Вы сначала разберитесь с серыми схемами, с коррупцией в стране, поднимите уровень жизни, как обещали, а уже потом беритесь за пенсионеров», — говорят шахтеры. К слову, средний возраст жизни людей этой профессии в России — 62 года.

В далеком Нефтеюганске (ХМАО) более сотни протестующих собрались на днях на площади у здания администрации. Митинг длился около часа. К его участникам за это время присоединились также жители соседнего Пыть-Яха. Требование у всех одно: не принимать «антинародную реформу». Протестующих единогласно поддержал Общественный совет при городской администрации. Принятую на сходе резолюцию отправили в Кремль президенту РФ Путину.

Митинги пикеты прошли и в Крыму — в Симферополе, Севастополе. «Спасти пенсионную систему могут борьба с нелегальной занятостью и зарплатами в конверте, а также оптимизация самого Пенсионного фонда», — таков был их лозунг.

Не осталась в стороне и Москва. Там в Сокольниках прошла согласованная акция с участием более трех тысяч человек (по другим данным — 5000). Она была уже не первой. И явно не последний.

В интеллигентном Петербурге кто-то подкинул скелет, изображающий пенсионера, к двери общественной приёмной «Единой России» на Конногвардейском бульваре. Рядом со скелетом была положена табличка: «Дождался пенсии». А ребра несчастного украшал значок «Я люблю Медведева» — в этом здании находится также приемная премьер-министра, являющегося, как известно, председателем «ЕР».

— Не совсем по-питерски, конечно, но в данном случае, те, кто организовал эту акцию с «подкидышем», попали в точку, — говорит правозащитник Юрий Вдовин. — Пенсионный возраст может, и нужно поднимать, но для начала, уважаемые реформаторы, измените пенсионную систему, чтобы она работала на людей, а не против них. Необходимо, прежде всего, повысить уровень заработной платы, от которой зависит пенсия. Не менее важное — проблемы с трудоустройством. Вопросов очень много. Но у меня такой впечатление, что власть их просто не слышит. Просто потому, что не хочет слышать. Гнет свое, не понимая, что раздувает в стране пожар. Недовольство людей постепенно переходит в раздражение. Терпение у многих на приделе. Этого добиваются премьер Медведев и К°?

В минувшую среду в Северной столице около 500 человек собрались на Малой Садовой улице, чтобы сказать решительное «нет» сомнительной реформе. Без плакатов, флагов и лозунгов, с одними только красными стоп-карточками, как символом протеста в руках, они молча вышли на Невский проспект, планируя дойти до Исаакиевской площади, близ которой расположен Мариинский дворец, а в нем — городской парламент. Но и сотни метров не прошли, как колонну оцепил ОМОН, начались задержания. В полицию было доставлено два десятка человек.

— Нас обвинили в том, что акция не была согласована, хотя какая же это акция, если мы не выдвигали никаких требований, шли спокойно, организовано, не мешая движению транспорта? — Возмущается Борис Вишневский, депутат законодательного собрания Петербурга. — Заявка на проведение митинга подавалась нами несколько раз в установленном порядке. И место для него мы выбрали то, что рекомендовала власть. Однако раз за разом получали отказ. Тогда и решили, что проведем акцию в формате пеших экскурсий по городу, которые не требуют согласований.

«СП»: — А красные карточки?

— Только что в России завершился футбольный чемпионат мира. Из этого вида спорта мы и позаимствовали идею с карточками, сказав «стоп» пенсионной реформе.

«СП»: — Считаете, она не актуальна?

— То, что предлагают нам господин Медведев и его министры, никакая не реформа. Это просто повышение возраста выхода на пенсию. С тем, чтобы увеличить в стране численность работающих, уменьшив тем самым количество тех, кому нужно выплачивать «пособие на дожитие». Якобы благодаря этому резко прибавится средств в ныне дефицитном Пенсионном фонде. Чушь! Нет никакого дефицита в этом фонде. И демографическая проблема не столь остра, как нас в том уверяют. А вот то, что срок жизни россиян на порядок меньше, чем во многих цивилизованных странах, что отечественная медицина не блещет успехами, что с возрастом, часто уже после 45 лет, найти (или сохранить) работу у нас всё трудней — это факт неоспоримый. Об этом бы подумать правительству!

Минтруд признал потери от повышения пенсионного возраста

«СП»: — Что же, ничего положительного, на ваш взгляд, нет в утвержденном думцами в первом чтении законопроекте?

— Абсолютно ничего. Более того, обязывая сограждан работать дольше, его разработчики создают серьезные трудности молодым семьям. Кто будет сидеть с их малышами, пока мама с папой на учебе или работе? Яслей, детских садов по-прежнему хронически не хватает, что в малых, что в больших российских городах. Сегодня их заменяют бабушки с дедушками. А кто потом, после начала действия так называемой реформы?

«СП»: — Народ волнуется, протестует, власть при этом стоит на своем, словно не слышит людей. Какой же выход?

— Надо добиваться, чтобы разработчики «реформы» внесли коррективы в свой законопроект. Государственная дума РФ не имеет права утверждать документ, против которого выступает более 90% населения страны. В конце концов, это может обернуться против них самих. Доверие к власти уже падает.

«СП»: — Глава государства при этом отмалчивается. Он как бы в стороне…

— Такого не может быть, чтобы наше правительство что-то предложило, вышло с каким-то проектом или заявлением, предварительно не согласовав это с президентом РФ Путиным. Просто нереально. Я не исключаю, что Путин скажет свое слово в самый последний момент, мол, прислушался к мнению народа, попросит «ещё подумать», «внести серьезные поправки». Не понятно только, зачем нужно нагнетать ситуацию, доводить до крайностей, если с самого начала было совершенно очевидно, что законопроект нуждается в поправках? Опасную ведет власть игру со своим народом!

За чей счет будут опять решать столичные власти вопрос утилизации отходов

«Испарившиеся» с деньгами НПФ стали острой проблемой для власти

Кабмин в последний день ЧМ-2018 заявил, что не будет пересматривать параметры реформы

svpressa.ru

Путин предложил не торопиться с повышением пенсионного возраста

Президент России Владимир Путин заявил, что ему, как и большинству граждан, не нравится повышение пенсионного возраста, планируемое правительством. Об этом сообщает ТАСС.

«И когда меня спрашивали, и сейчас спрашивают, какой из различных вариантов мне нравится? Я и тогда, и сейчас могу сказать — никакой. Мне никакой не нравится, связанный с повышением возраста. И уверяю вас, и в правительстве мало таких людей, если вообще есть, которым это нравится», — сказал Путин.

Глава государства отметил, что окончательного решения по данному вопросу пока нет. По его словам, пенсионное законодательство можно не менять еще 10 лет, поскольку деньги на выплату пенсий есть. Он заверил, что оценит все мнения о реформе кроме тех, кто пытается делать себе на этом рекламу.

Материалы по теме

В России повысят пенсионный возраст

В то же время президент признал, что в пенсионной системе существуют проблемы. Игнорирование их правительством, по мнению Путина, будет обманом граждан.

Это первое публичное высказывание главы государства о пенсионной реформе, которую премьер-министр Дмитрий Медведев анонсировал в середине июня.

19 июля законопроект о повышении пенсионного возраста прошел первое чтение в Госдуме. За изменения в пенсионную систему проголосовали 327 депутатов, против высказались 102 парламентария. Комментарии и поправки к документу будут приниматься до 24 сентября.

Согласно планам правительства, возраст выхода на пенсию для мужчин будет поэтапно повышен до 65 лет, а для женщин — до 63 лет (сейчас — 60 и 55 лет). Благодаря этому, по подсчетам кабинета министров, средняя ежемесячная выплата пенсионерам к 2024 году составит 20 тысяч рублей.

m.lenta.ru

Владимир Путин: мне не нравится повышение пенсионного возраста

По словам главы государства, окончательного решения по вопросу пенсионной реформы пока нет, сообщает ТАСС. Путин пообещал оценить все мнения о пенсионном возрасте, за исключением тех, кто пытается делать себе на этом рекламу.

Президент также напомнил, что на пять пенсионеров сейчас приходится шесть работающих граждан и если этот баланс ухудшится, то «пенсионная система лопнет». По словам Путина, проигнорировав проблемы в пенсионной системе, власть «надует» граждан.

Вопрос чувствительный для большого количества наших граждан, он не вчера возник, он так или иначе, с разной интенсивностью, обсуждается на протяжении многих лет, разные варианты предлагались. И когда меня спрашивали, какой из различных вариантов мне нравится, я как тогда, так и сейчас могу сказать: никакой. Мне никакой вариант не нравится, связанный с повышением пенсионного возраста.

И в правительстве мало таких людей, если вообще есть, кому это нравится.

Правительство одобрило законопроект о пенсионной реформе 14 июня, в день старта чемпионата мира по футболу, а уже спустя два дня документ поступил в Госдуму. Согласно проекту реформы, отдалять пенсию будут постепенно, в течение 15 лет. К 2028 году пенсионный возраст для мужчин вырастет до 65 лет (сейчас 60), а возраст выхода на пенсию женщин изменится только к 2034 году и вырастет до 63 лет (сейчас 55). А для тех, кто собрался выходить на пенсию в ближайшее время, будут действовать другие правила, более мягкие (подробнее читайте в нашем материале «Пенсионный возраст повысят: как это будет»).

Накануне Госдума одобрила пенсионную реформу в первом чтении. Законопроект поддержали все члены «Единой России», кроме Натальи Поклонской. Все оппозиционные фракции проголосовали против.

Реформа третейских судов началась в 2016 году с подачи Владимира Путина, который еще в 2013 году поручил создать закон о совершенствовании негосударственных арбитражей. Одна из главный целей – избавиться от «карманных» судов и повысить престиж добросовестных. Сейчас вместо нескольких тысяч учреждений осталось всего четыре. Параллельно стала расширяться компетенция оставшихся судов. Госдума приняла закон, определяющий характер дел, которые разрешалось передать на рассмотрение третейских судов. В их число попали корпоративные споры, но не все.

Также депутаты разрешили передавать в третейские суды разбирательства по вопросам оборота госимущества, кроме тех, которые связаны с госзакупками. Но законодатель не уточнил, могут ли арбитражные учреждения рассматривать споры, которые касаются контрактов, заключенных по ФЗ-223 («О закупках госкомпаний»).

Строительство метро — это публичный интерес?

Дела о закупках вызывают больше всего вопросов, потому что суды здесь не всегда предсказуемы и логичны, признает Анна Грищенкова, партнер АБ КИАП, член президиума Российского арбитражного центра при Российском институте современного арбитража. Противоречивость судебной практики привела к тому, что в одном из подобных дел Верховный суд направил в Конституционный суд запрос о соответствии Конституции положениям АПК (ч. 6 ст. 4), ФЗ-223 и положениям закона «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в РФ». Формально эти правовые акты не запрещают рассматривать в третейских судах дела об исполнении контрактов госкомпаний и других фирм, заключенных по ФЗ-223. Тем не менее судебная практика по этому вопросу противоречива, подчеркнул в своем запросе ВС. Однако КС отказался брать на себя решение и предложил ВС истолковать закон самостоятельно. Это экономколлегия и сделала.

История спора началась в 2013 году, когда частное АО «Мостеплосетьстрой» обязалось переложить инженерные сети в метро по заказу государственного АО «Мосинжпроект». В контракте стороны согласовали, что их споры будет рассматривать Третейский суд строительных организаций Москвы. Именно туда в 2016 году обратился «Мостеплосетьстрой», чтобы взыскать с контрагента долг в 5,2 млн руб. за выполненные работы.

Арбитраж удовлетворил требования заявителя, однако «Мосинжпроект» решение третейского суда не исполнил. Тогда «Мостеплосетьстрой» обратился в АСГМ, чтобы получить исполнительный лист (дело № А40-165680/2016). Первая инстанция, а затем и окружной суд удовлетворили это требование компании. Суды исходили из того, что оснований для отказа выдачи исполлиста нет, ведь договор не заключался в публичных интересах. А значит, спор может быть предметом разбирательства в третейском суде.

«Мосинжпроект» не согласился с таким выводом и оспорил акты нижестоящих судов в Верховный суд. В своей жалобе ответчик указал, что договор подряда заключался по ФЗ-223 в рамках реализации московской госпрограммы по строительству метро – это говорит о публичном интересе. Кроме того, в кассационной жалобе «Мосинжпроект» указал, что полностью принадлежит городу Москве. Значит, третейский суд не мог рассматривать этот спор, уверяла госкомпания.

Верховный суд и аргументы сторон

Слушания по делу возобновились 4 июля 2018 года, когда был получен ответ из КС. Дмитрий Харламов из «Мосинжпроекта» попытался убедить экономколлегию в том, что спор был неарбитрабелен третейскому суду. «Судебная практика считает, что публичный интерес есть там, где договор заключен по 223-ФЗ, речь идет о социальных нуждах, а средства расходуются из бюджета», – заявил Харламов. Юрист сослался на московскую программу, согласно которой подряд оплачивал город.

Ему оппонировал адвокат Николай Александров. Он обвинил заказчика в недобросовестности: с 2013 года, когда был подписан договор, «Мосинжпроект» не пытался оспорить третейскую оговорку. Более того, ее изначально включили согласно распоряжению тогдашнего первого заместителя мэра Владимира Ресина, отметил Александров. Он настаивал, что договор заключался не по 223-ФЗ. Нет доказательств и тому, что работы в метро оплачивал город. Они финансировались из других источников, заверил Александров. Он также подчеркнул, что «Мосижпроект» получил статус хозяйственного общества с долей города более 50% лишь в октябре 2016 года.

Судья Татьяна Завьялова поинтересовалась, каково состояние долга.

– Полностью оплачен, у нас претензий нет, – отрапортовал Александров.

По его словам, когда «Мосинжпроекту» надо получить долг с контрагента – он молча получает исполлист, а когда проигрывает – возражает против того, чтобы исполлист получил оппонент.

В стадии дополнений Харламов возразил, что торги проводились, «документы в открытом доступе». Ресин выпускал не указание, а рекомендацию, уточнил юрист. По его словам, третейскую оговорку в договоры включали до 2011 года, когда Высший арбитражный суд признал подобные споры неарбитрабельными. Выслушав аргументы сторон, судьи экономколлегии огласили решение: оставить жалобу «Мосинжпроекта» без удовлетворения.

Почему третейские суды могут рассматривать споры о корпоративных закупках

В опубликованном определении экономколлегия объяснила мотивы своего решения. Закупки госкомпаний регулируются в целом как гражданско-правовые, то есть стороны в них юридически равны. А значит, согласно общему правилу, контрагенты могут договориться о чем угодно, в том числе утвердить арбитражную оговорку. Ограничить их может закон, но в нем нет прямого запрета, отметила «тройка» под председательством Татьяны Завьяловой. Еще один повод отказать в применении арбитражной оговорки – нарушение публичного порядка [«основ общественного строя»], но ВС его тут не обнаружил.

Решение ВС важно, потому что в российской экономике закупочная деятельность многих крупнейших российских компаний регулируется именно 223-м законом, отмечает ассоциированный партнер юрфирмы «ЮСТ» Александр Рудяков. Единственный публичный интерес в этом случае – предотвратить коррупцию и другие злоупотребления, уверена советник КА «Муранов, Черняков и партнеры» и докладчик МКАС при ТПП РФ Ольга Бенедская. Но это не значит, что споры по 223-ФЗ надо приравнять к делам публично-правового характера, резюмирует Бенедская.В определении явно выражена идея, что понятие арбитрабельности или неарбитрабельности отдельных категорий дел – это прерогатива законодателя, комментирует юрист судебно-арбитражной практики АБ «ЕПАМ» Всеволод Тараскин. Но, по его мнению, ВС не до конца поставил точку в этом вопросе. Например, в определении элементами публичного порядка названы «затраты бюджетных средств». «Значит ли это, что их использование автоматически сделает спор по 223-ФЗ неарбитрабельным?» – задается вопросом юрист. Подобное толкование могло бы необоснованно расширить категорию «противоречие публичному порядку, говорит Тараскин.

Чтобы работать юристом (солиситором или барристером) в Англии, потенциальный кандидат должен свободно владеть английским языком. Знание других языков будет дополнительным бонусом. Приглашённый профессор университета Вестминстер, российский адвокат и английский солиситор Дмитрий Гололобов рассказывает: специалисту из России придется сначала квалифицироваться: отучиться в Англии, устроиться на стажировку и пройти ее, сдать несколько экзаменов и хорошо зарекомендовать себя, чтобы остаться в той же фирме уже в качестве сотрудника. При этом существует проблема недостатка стажерских мест, которую давно и безуспешно пытается решить все юридическое сообщество Англии. Поэтому большинство юристов работает помощниками или на околоюридических специальностях. «Известность, PR, участие в благотворительности и в громких событиях иногда все же играют положительную роль. Хотя в целом карьеры и повышения в Англии куда медленнее и поступательнее, чем в России», – отметил Гололобов. Юрист лондонского офиса Bryan Cave Leighton Paisner Надя Хаббак объяснила: крупные юрфирмы проводят достаточно сложный отбор потенциальных кандидатов на должности стажеров, который включает в себя собеседование и тестирование. Оцениваются не только интеллектуальные способности, но и навыки работы в команде, а также коммуникативность. Если после окончания стажировки встает вопрос о трудоустройстве, юрист проходит собеседование с партнерами юрфирмы.

«Спрос на юристов со знанием российского права и русского языка есть. Хотя основным фактором скорее является образование, полученное на территории Англии, а также уровень имеющегося в России опыта работы», – говорит Хаббак. «Мне кажется, спрос на российских юристов в Англии уже давно удовлетворен», – спорит с ней Гололобов. – Из-за визовых ограничений получить образование, квалифицироваться в Англии и остаться там работать практически невозможно, если у тебя нет европейского или иного «правильного» паспорта или твои родители не могут выложить £2 млн за инвесторскую визу. Ценятся или мотивированные, молодые, готовые сутками впахивать специалисты, или опытные юристы со своими клиентами. При этом самые популярные практики – IP, IT, информационная защита, безопасность технологий. Конечно, крупная юридическая фирма может пригласить к себе «суперзвезду» из России, но исключительно в разовом порядке: масштабных российских сделок давно уже нет и в скором времени не предвидится», – считает Гололобов.

Средняя зарплата юриста в Лондоне сейчас составляет £67 616 в год (без учета налогов). По словам Гололобова, крупные американские фирмы с офисами в Лондоне платят стажерам £40 000 в год, квалифицированные юристы получают от £100 000, а ведущие партнеры юридических «монстров» – от £1 млн (и отдают порядка 45% налогов).

В Германии более 95% юристов имеют квалификацию по немецкому праву – они официально зарегистрированы в соответствующей ассоциации юристов. «Мы стараемся рассматривать кандидатов, квалифицированных по немецкому праву, которые сдали государственные экзамены, вошли в первые 15% отличников, имеют рекомендательные письма с мест стажировки и красные дипломы по окончании вуза. Документы о дополнительных академических квалификациях (LL.M. или Dr.) приветствуются, но не являются необходимостью», – сообщил глава HR-направления Hogan Lovells в Европе (Дюссельдорф) Торстен Асхоф. При этом иностранные юристы должны иметь глубокие академические знания и в совершенстве владеть английским языком. Немецкий язык поможет им коммуницировать в команде.

Российских юристов могут принять на работу и без квалификации по немецкому праву, но только в те практики, которые ведут проекты клиентов иностранных юрисдикций. По словам Асхофа, таких позиций довольно мало. Если они вдруг открываются, кандидаты проходят два интервью: первое проводит партнер практики, в которой кандидат желает получить должность, и сотрудник отдела кадров соответствующего офиса в Германии. На втором интервью кандидат встречается с партнерами других практик и командой своей практики.

В качестве начальной заработной платы юристы, недавно квалифицированные по немецкому праву, могут ожидать более €100 000 в год плюс бонус за достигнутые результаты. Что касается иностранных специалистов, уровень их дохода в большей степени зависит от спроса на спецификацию. Для иностранных юристов не предусмотрена жесткая схема, как для юристов, квалифицированных по немецкому праву (они составляют > 95% всех работников).

«Очень важно понимать: вопросы, которые возникают у клиентов из Нидерландов, почти всегда рассматриваются на основе местного законодательства. Поэтому юристы не только должны знать местные законы, но и голландский язык, так как вся переписка и судебные разбирательства ведутся на голландском – за исключением международных арбитражей», – рассказывает адвокат АК Law&More (Нидерланды), магистр в области права Университета Амстердама Максим Ходак, который также имеет ученую степень профессионального образования в области инвестиций и финансов EHSAL Management School в Брюсселе.

Ходак рассказал, что периодически получает заявки от российских юристов, которые заканчивают LLM-программы в нидерландских университетах: «Их привлекает, что наша адвокатская контора работает с клиентами из Евразии. Я считаю, что прохождение LLM-программы в западном вузе является очень правильным и полезным шагом для повышения квалификации российского юриста. Если есть возможность, то это обязательно надо делать». Но, по мнению Ходака, такие программы не являются окном в Европу с возможностью последующего трудоустройства на Западе.

«Идеальные кандидаты в Нидерландах – это не юристы-вундеркинды, которые заканчивают вузы с красными дипломами, а скорее те, кто показывает работодателю здоровый баланс между своей успеваемостью в университете, социально-общественной вовлеченностью в годы учёбы, эмоциональным интеллектом. Очень часто последний вердикт кандидату выносит сам коллектив. Для этого кандидата после прохождения формальной части процедуры приглашают пообедать вместе с будущими коллегами. Если он как человек им симпатичен, его принимают на работу», – сообщил Ходак.

Адвокат, президент израильской русскоязычной адвокатской коллегии «Эли (Илья) Гервиц» Эли Гервиц рассказал: чтобы работать по юридической специальности, нужно быть членом Израильской адвокатской Гильдии. Она в Израиле одна и является монополистом – как и адвокаты являются монополистами в сфере предоставления юридических услуг (за несущественными исключениями). Кстати, адвокатами в Израиле называют в том числе обвинителей и прокуроров, которые тоже входят в адвокатскую Гильдию. Предоставление юридических услуг не адвокатами является уголовным преступлением.

Чтобы вступить в эту Гильдию, нужно сдать девять экзаменов по профилирующим предметам, связанным с законодательством Израиля, и после этого пройти стажировку у адвоката – действительного члена Израильской коллегии адвокатов. Министерство алии (репатриации евреев в Израиль) и интеграции организует курсы подготовки к этим экзаменам. Курсы проводятся ежегодно двумя семестрами и включают в себя различные предметы по законодательству Израиля. Начиная со вторых курсов, кандидаты принимают участие в их частичной оплате, первые курсы полностью субсидированные. Занятия проходят в вечернее время, учащиеся имеют право на компенсацию транспортных расходов в соответствии с установленными министерством положениями. После получения допуска к экзаменам по израильскому законодательству нужно получить разрешение на работу.

«В Израиле очень локальное право – «мы живем на острове». С другой стороны, Израиль ориентирован на экспорт, поэтому в больших фирмах некоторый спрос на юристов с зарубежным образованием и опытом присутствует – но это в первую очередь американский и европейский опыт. Также не стоит забывать: мир становится все более и более глобальным – не только программисты работают удаленно, но и юристы», – считает Гервиц.

Доходы адвокатов в Израиле очень волатильны. «Стажеры часто начинают с минимальной заработной платы. У наемных адвокатов в частном секторе зарплата зависит от размера фирмы: в больших фирмах она заметно выше, чем в маленьких, но продолжительность рабочего дня напоминает анекдоты про американских адвокатов. Зарплата судьи намного меньше, чем зарплата адвоката того же уровня – но очень высок социальный статус. Других доходов, кроме преподавания и написания книг, у судей нет. Чтобы получать большие доходы, нужно рисковать, открывая свою адвокатскую фирму. Важным фактором, понижающим доходы юристов, является то, что плотность адвокатов на душу населения в Израиле вышла на первое место в мире почти 20 лет назад и с тех пор ситуация только ухудшается», – резюмировал Гервиц.

Как рассказал основатель и управляющий партнер белорусской юридической компании REVERA Дмитрий Архипенко, в Белоруссии юрконсультанты делятся на два вида:

юристы-хозяйственники – оказывают услуги на основании лицензии. Могут сопровождать клиентов во всех вопросах, связанных с бизнесом, за исключением представления интересов в судах;адвокаты – их деятельность регулируется Республиканской коллегией адвокатов.

Для того чтобы получить лицензию юриста-хозяйственника, нужно иметь три года стажа после получения высшего юридического образования. Работать можно в форме ИП или в юрфирме. Чтобы последней получить лицензию, нужно иметь в штате не менее двух юристов со стажем свыше трех лет у каждого.

Для работы адвокатом нужно иметь стаж не менее трех лет, пройти стажировку в адвокатуре и сдать экзамен. После этого есть возможность практиковать в статусе адвоката индивидуально, или в составе адвокатского бюро, или в рамках юридической консультации при коллегии адвокатов.

«Правовые системы России и Белоруссии имеют различия, и с российским образованием проблематично сразу начать практиковать по белорусскому законодательству. Однако небольшой спрос на юристов с российским образованием в юрфирмах Белоруссии все же есть – хотя тут речь идет скорее о сферах, не сильно завязанных на белорусском праве. Например, ценятся юристы с опытом в сделках M&A, ориентирующиеся в английском праве, разбирающиеся в обороте криптовалют (сделки с криптовалютами, ICO), в области международного финансирования (размещение облигационных займов, выпуск депозитарных расписок). При этом надо отметить: в силу того, что эти вопросы не имеют массового характера, спрос на них небольшой. Достаточно системным выглядит лишь спрос на IT-юристов», – сообщил Архипенко. По его словам, основной костяк в белорусских юрфирмах – это выпускники юридического факультета или факультета международных отношений Белорусского государственного университета. Приоритет имеют те, кто получил степень LLM. На уровне старших юристов и партнеров ценится окончание программ МВА.

Зарплаты в белорусских юрфирмах крайне разнятся. «Если мы говорим о юристах-инхаусах, то в среднем они получают от $300 (юристы в госучреждениях или в частном секторе, занимающиеся простыми вопросами) до $3500 (юристы в IT-секторе). Зарплаты свыше $3500 – это единичные случаи. Что касается оплаты в юридических фирмах, можно говорить о примерно такой же вилке: $300–400 (стажер, помощник юриста) до $3000 (старший юрист). Зарплатные партнеры получают $3000–5000. В последнее время наметился рост зарплат», – рассказал Архипенко.

pravo.ru