Полезные статьи

Основные законы и типы рынка

Жукова М.А. Менеджмент в туристском бизнесе

Глава 1. Индустрия туризма в современных условиях: состояние, проблемы и перспективы

1.3. Особенности туристского рынка как рынка услуг

Формирование у организации конкурентных преимуществ невозможно без знания особенностей рынка, на котором она работает. Туристский рынок — это рынок услуг, так как услуги выступают основным предметом обмена и составляют 80% всего объема продаж на развитых туристских рынках. Туристская услуга — совокупность целенаправленных действий в сфере обслуживания, которые ориентированы на обеспечение и удовлетворение потребностей туриста или экскурсанта, отвечающие целям туризма, характеру и направленности туристской услуги, тура, туристского продукта, не противоречащие общечеловеческим принципам морали и доброго порядка. Туристским услугам присущи четыре характеристики, которые отличают услугу от товара: неосязаемость, неразрывность производства и потребления, изменчивость и неспособность к хранению. Однако турист ские услуги наряду со специфическими характеристиками услуг имеют и отличительные особенности:

— выделение достаточно четко выраженных туристских зон (например, «солнце — море» — Кипр, Болгария, Турция; «отдых-лечение » — Карловы Вары, Ессентуки; «спорт» — Домбай, Чехия, Югославия, Швейцария и т.д.);
— создание туристского пакета усилиями многих организаций, каждая из которых имеет собственные методы работы, специфические потребности и различные коммерческие цели. Достижение успеха на рынке возможно лишь в том случае, если все участники туристского обслуживания выработают и будут придерживаться общих целей;
— преодоление покупателем расстояния, отделяющего его от туристской услуги и места ее потребления;
— зависимость туристской услуги от таких переменных, как время и пространство. Большое значение имеет фактор сезонности (маркетинговые мероприятия туристской организации будут отличаться в пик сезона и межсезонье). В межсезонье необходимы дополнительные меры стимулирования спроса: низкие цены, различные дополнительные услуги и т.д.;
— значительное влияние на качество туристской услуги оказывают внешние факторы, имеющие форсмажорный характер, т.е. не зависящие от воли и действий продавца и покупателя: погода, природные условия, политика, международные события и т.д.

Эти специфические особенности, присущие туристским услугам, отражаются и на деятельности организаций индустрии туризма (табл. 1.9).

При выявлении особенностей туристского рынка важное место должно отводиться не только категории «туристское предложение» и рассмотрению понятия «туристская услуга», но и понятию «туристский спрос», в концепции которого приоритетное место отводится потребителю, чьи нужды и желания туристские организации предполагают удовлетворять.

Сложности функционирования организаций индустрии туризма заключаются в том, что оценка качества туристских услуг потребителем достаточно субъективна и зависит от различных факторов: общеэкономических, культурного и общественно-психологического характера, социально-демографических, личностно-поведенческих.

Значительное влияние на спрос в сфере туристских услуг оказывают такие изменения в общественной психологии потребления, как информированность, высокий уровень образованности, высокая требовательность к комфорту и качеству услуг, индивидуализм, экологизация мышления потребителя, мобильность, физическая и умственная активность на отдыхе, стремление получать калейдоскоп впечатлений (рис.1.1.).


Рис. 1.1. Модель поведения потребителя туристских услуг

Совокупность всех этих факторов и определяет возникновение и характер поведенческих особенностей потребителей туристских услуг, которые могут быть выражены такими показателями, как:

— частотность туризма (количество туристских поездок, совершаемых в исследуемый период, на душу населения);
— предпочтения в выборе дестинации;
— наиболее предпочтительная форма организации тура, категория гостиницы;
— представления туриста о цене гостиничной услуги, тура;
— представления о торговой марке туристской организации;
— коммуникативное поведение туриста;
— роль внешних раздражителей в процессе принятия решения о месте проживания (выборе гостиницы), покупке тура и т.д.

Выбор туристской организацией наиболее эффективных средств по привлечению потребителя к туристскому продукту невозможен без четкой проработки самого процесса принятия решения о покупке туристского продукта потенциальным туристом.

Решение потребителя о покупке туристского продукта предполагает оценку и выбор единственного туристского продукта из альтернативного ряда и выбор подходящего набора различных услуг, предлагаемых организациями индустрии туризма.

Процесс покупки конкретного туристского продукта начинается задолго до совершения акта купли-продажи. Принятие решения потребителем зависит от ряда факторов, и решает различные проблемы, однако имеет устойчивую структуру, включающую следующие стадии.

1. Осознание потребности в путешествии, формирование цели поездки.

2. Поиск информации. Потребитель обращается к различным источникам: личным (семья, друзья, знакомые), средствам массовой информации и т.д. В результате сбора информации повышается его осведомленность об имеющихся на туристском рынке производите лях и предоставляемых ими туристских услугах. Потребитель использует информацию, чтобы составить комплект альтернативных вариантов.

3. Предпокупочная оценка альтернатив. Потребитель оценивает варианты, рассматривая туристское предложение как определенный набор свойств (например, по средствам размещения для туриста может быть важно месторасположение, категория, стоимость, обслуживание, специализация, принадлежность к известной торговой марке и другие характеристики). Каждый потребитель выделяет свои, отличные от других приоритетные характеристики на основании личных нужд и мотивов.

4. Покупка и потребление. Оценка вариантов ведет к ранжированию объектов в комплекте выбора, формируя намерение совершить покупку наиболее предпочтительного варианта, с учетом семейного дохода, цены тура и выгод от его приобретения. На принятие окончательного решения о покупке могут оказать влияние два фактора:

— отношение других людей к выбранному направлению путешествия;
— отношение к репутации туристской организации, реализующей турпродукт (табл. 1.10).

Потребление в индустрии туризма обычно откладывается на некоторый срок. Традиционно потребление мало интересовало продавца, ориентированного в первую очередь на покупку, однако в условиях растущей конкуренции происходит переориентация туристских организаций на удовлетворение и сохранение потребителей.

5. Послепокупочная оценка альтернатив, т.е. оценка степени удовлетворения от опыта потребления. Потребитель получает или не получает удовлетворенность от приобретенного турпродукта, степень которой измеряется соотношением между ожиданиями и конкретно воспринимаемыми свойствами турпродукта. Ожидания формируются на основе информации, получаемой потребителем от персонала туристской организации, друзей и из других источников.

Если характеристики турпродукта завышаются, у потребителя могут сложиться слишком высокие требования, которые, вероятнее всего, обернутся разочарованием. Чем больше разрыв между ожидаемыми и действительными свойствами турпродукта, тем острее неудовлетворенность клиента. Степень удовлетворенности клиента отражается на росте его чувства доверия к конкретной туристской организации, на формировании круга постоянных клиентов и позитивно влияет на создание положительного имиджа туристкой организации.

В основе выбора туристом той или иной туристской услуги лежит мотивация, которая является одним из важнейших факторов принятия решения о путешествии. Мотивация потребителя — это невидимая, неявная внутренняя сила, стимулирующая и побуждающая поведенческую реакцию и обеспечивающая специфическое направление для этой реакции. На Рис. 1.2 показана модель процесса мотивации, основными элементами которой являются: осознание потребности, состояние побуждения, целенаправленное поведение, стимулирующие объекты и аффект.


Рис.1.2. Модель мотивации потребителя

Мотивы человека в определенной степени формируют его поведение в качестве покупателя и потребителя товаров и услуг, особенно в индустрии туризма. Не существует такой услуги, которая может быть реализована на рынке, если она не произведена в соответствии с потребительским спросом. Адресность туристской услуги является залогом ее продажи. Понимание мотивов потенциального туриста имеет огромное значение при планировании, формировании и организации процесса реализации туристской услуги, это дает возможность производить и предлагать на рынок такую туристскую услугу, которая в наибольшей степени соответствует потребительским ожиданиям.

Выявление, знание и использование туристских мотивов должны стать важнейшей стратегией организации индустрии туризма, ориентированной на определение рыночных потребностей и создание таких видов турпродукта, которые отражают требования определенных сегментов рынка. Туристские мотивы как определяющий компонент спроса должны быть положены в основу деятельности туристских организаций с расчетом, что произведенная туристская услуга сможет обеспечивать туристский спрос. При этом важен двуединый и взаимодополняющий подход: с одной стороны, тщательное, всестороннее изучение и использование мотивов потребителя, ориентация на них производства, адресность туристской услуги; с другой — активное воздействие на существующие мотивы, их формирование.

Крайне сложно удовлетворить потребности в туристской услуге и запросы всех без исключения потребителей, так как у каждого из них имеются определенные различия во вкусах, предпочтениях. Тем не менее туристы (потребители) могут быть сгруппированы по некоторым признакам, что называется сегментацией. Люди в этих группах — сегментах рынка — примерно одинаково реагируют на деятельность турорганизации-продавца.

Точных правил сегментации не существует — каждая турорганизация в зависимости от производимых туристских услуг и иных обстоятельств вырабатывает собственную стратегию. Однако турорганизациям важно, выделяя сегменты рынка, выявлять среди потребителей те группы клиентов, которые существенно различаются по своим потребностям и установкам в отношении услуг индустрии туризма и, следовательно, имеют различные модели поведения в процессе приобретения туристской услуги.

При сегментации потребителей туристского рынка целесообразно учитывать ряд особенностей, присущих индустрии туризма:

— в роли непосредственного потребителя услуг и покупателя (заказчика) нередко выступают разные лица (например, бронирование номеров для своих сотрудников компанией);
— решение о приобретении туристских услуг может меняться в зависимости от цели путешествия, наличия свободного времени, продолжительности и частоты отдыха;
— общий интерес групповых путешествий в ряде случаев отличается от потребностей и желаний каждого индивидуума (члена группы);
— мотивация туристов отличается в зависимости от времени, когда принимается решение о покупке и бронировании тура (например, мотивы путешествий различны у туристов, купивших туры заблаговременно, и у тех, кто приобрел «горящие путевки»).

Смысл сегментации рынка заключается в том, что туристская организация не распыляет свои усилия, а концентрирует их на наиболее перспективном для нее сегменте. Специалисты выделяют три основные группы критериев (географические, социодемографические и психолого-поведенческие), на основании которых туристские организации проводят сегментирование потребителей. Возможные критерии сегментации потребителей представлены в табл. 1.11.

tourlib.net

Криминология

Профессиональная преступность

Профессиональная преступность считается относительно самостоятельным видом преступности. Однако по некоторым криминологическим характеристикам она тесно связана с рецидивной.

Проблема профессиональной преступности на сегодняшний день еще мало исследована. Дело в том, что на объективность понятий «профессиональный преступник», «преступно-профессиональная преступность» и связанных с ними категорий, признаков и факторов повлияли не только причины методологического характера, но и не совсем удачное терминологическое обозначение специфического криминального поведения. В социальном аспекте профессия предполагает полезное и официально разрешенное занятие.

Поэтому термин «преступная профессия» действительно воспринимается с трудом, особенно если к этому примешивается определенный стереотип мышления относительно преступности. Однако совершенно очевидно, что никто и никогда не имел в виду профессии преступника в социальном ее понимании. Этот термин введен в оборот условно в сугубо операционный целях, поскольку признаки устойчивой преступной деятельности внешне сходны с атрибутами той или иной профессии.

Для обозначения такого вида специфической деятельности используется термин «криминальный профессионализм». Профессионализм означает занятие чем-либо как профессией, в связи с этим больше подходит для понимания преследуемой законом деятельности. Поскольку речь идет не о профессии преступника как таковой, а о проявлении ее объективных свойств в его действиях.

Под профессией, как известно, понимается род трудовой деятельности (занятий), требующей определенной подготовки и являющейся источником существования (в других определениях — обычно источником существования). Из этого понятия усматриваются три признака профессии: род занятий, определенная подготовка и получение материального дохода. Однако профессия как деятельность человека не может находиться вне социальной сферы, поскольку в ней аккумулируется производственный опыт и его преемственность.

Поэтому она имеет и социальное содержание, носителем которого выступают конкретные люди. Они формируют микросреду, отношения к ней, поддерживают и развивают престижность своей профессии и коллектива, вырабатывают профессиональную лексику и этику поведения. Отсюда следует четвертый признак профессии — связь индивида с социально-профессиональной средой.

В рамках понятия профессии существуют и формируются такие категории, как специальность и квалификация. Первая содержит комплекс теоретических знаний и практических навыков, создающих возможность выполнять какую-либо работу. Вторая определяет качество подготовки специалиста в целом. Это очень важно учитывать, поскольку указанные понятия необходимы при анализе признаков криминального профессионализма. К тому же их нередко отождествляют с понятием профессия.

Если компоненты профессии внешне проявляются в противоправной деятельности, то ее можно причислить к преступно-профессиональной. Иными словами — это криминальный профессионализм, т.е. разновидность преступного занятия, которая является для субъекта источником средств существования, требует необходимых знаний и навыков для достижения конечной цели и обусловливает определенные контакты с антиобщественной средой.

Таким образом, криминальный профессионализм содержит четыре признака:

  • устойчивый вид преступного занятия (специализация);
  • определенные познания и навыки (квалификация);
  • постоянный доход — преступления как источник средств существования;
  • связь с асоциальной средой.

Криминальный профессионализм обусловлен систематическим ведением антиобщественного образа жизни, совершением преступлений в виде промысла и в этой связи объективно образует какой-то массив деяний, который нельзя причислить ни к одному виду преступности — рецидивной, групповой, одиночной, несовершеннолетних. Совокупность вышеуказанных признаков может охватывать лишь часть преступников и преступлений, относящихся к той или иной разновидности.

Следовательно, профессиональная преступность есть относительно самостоятельный вид преступности, включающий совокупность преступлений, совершаемых преступниками-профессионалами, деятельность которых на основе специальных знаний, опыта и навыков имеет устойчивый характер и является источником средств существования.

Современная преступность характеризуется ярко выраженной корыстной направленностью, что свидетельствует о расширении сферы профессионально-преступной деятельности.

В этих условиях преступная специализация обусловливается систематическим совершением однородных преступлений. Это вырабатывает у преступника определенную привычку, переходящую затем в норму поведения с четкой установкой на избранную им деятельность.

Об устойчивости избираемого вида преступной деятельности может, например, свидетельствовать показатель специального рецидива, а в нем — многократного, наиболее рельефно отражающего специализацию уголовной среды.

Специальный рецидив относится к очевидному показателю первого признака криминального профессионализма. Однако среди профессиональных преступников много тех, кто систематически совершает преступления в виде промысла, но не привлекался по ряду причин к уголовной ответственности. В определении численности данной категории имеются серьезные трудности, поскольку нет ни статистики, ни даже методики выборочных исследований.

Тем не менее, установлено, что несудимых профессионалов достаточно много среди карточных мошенников и наперсточников, вымогателей, лиц, совершающих экономические преступления, сбывающих наркотические вещества, занимающихся незаконными операциями с антиквариатом.

Другим показателем избранного рода противоправного занятия является множественность совершаемых преступлений или, иными словами, криминальный стаж. Здесь прежде всего имеются в виду случаи, когда человек, не попадая в поле зрения милиции, длительное время совершает однородные преступления.

Существует мнение, что к профессиональным преступникам следует причислять лишь тех, которые не работают и совершают преступления. Это неверно. Во-первых, преступная деятельность запрещена, а потому преступник скрывает ее от общества и маскируется под законопослушного гражданина, устраиваясь хотя бы фиктивно на работу.

Во-вторых, отдельные виды профессиональных преступлений нельзя совершить, не работая в определенной должности. Например, экономические преступления, махинации в банковской системе и т. д. В-третьих, самое главное, термин «профессиональный» означает не только присущий профессии, но и занимающийся чем-нибудь как профессией, т. е. преступник может, например, работать и одновременно систематически совершать преступления в виде промысла. Более того, в условиях рыночной системы и безработицы этот вопрос вообще снимается.

Однако при совмещении различных видов деятельности одному из них, как правило, всегда отдается предпочтение. Среди воров личного имущества, например, на момент ареста не работал каждый третий. Особенно высок удельный вес неработающих длительное время среди карманных воров (59%), карточных мошенников (70%), лиц, совершающих разбои с проникновением в жилище (47%), квартирные кражи (39%), кражи из объектов потребкооперации (32%). Если взять рэкетирские группы, то почти 90% их членов живут на преступные доходы.

Говоря об устойчивости определенного рода преступной деятельности, нельзя не отразить еще одну сторону данного признака — удельный вес преступников-бродяг, которых с полным основанием можно отнести к деклассированной группе профессиональных преступников.

В условиях рынка и изменившегося законодательства проблема бродяжничества значительно актуализируется и приобретает повышенную общественную опасность. Во-первых, среди бродяг и попрошаек значительна доля профессиональных преступников, в том числе «деквалифицированных».

Во-вторых, само занятие бродяжничеством становится своеобразной профессией свободного человека. Для бродяг типичны противоправные способы существования, криминальная стратификация (иерархия), своя субкультура и даже идеология. В-третьих, среди них сохраняется определенная часть квалифицированных преступников: воров, разбойников — свыше 5%, карманных воров — 22%.

Выбор профессии, как известно, не делает человека специалистом. Для этого требуются определенные знания и навыки, т. е. соответствующая подготовка. Это характерно и для устойчивой преступной деятельности.

При выборе того или иного вида преступлений (кража, мошенничество, разбой, вымогательство) или универсальном их совмещении степень и характер знаний, подготовки преступника, его физические возможности обусловливают более узкую специализацию, определяют своеобразную квалификацию. Профессионально-преступная деятельность отличается от любого другого противоправного занятия тем, что вырабатывает у человека определенные знания, практические навыки, нередко доведенные до автоматизма.

Это обеспечивает достижение цели при наименьшем риске разоблачения, что, в свою очередь, объясняет многообразие спецификаций в преступной деятельности, постоянное совершенствование криминальных приемов и навыков. Кражи, например, как общий вид специализированной деятельности включают более 20 разновидностей, каждая из которых имеет еще более мелкие спецификации, связанные с криминальной подготовкой того или иного вора.

Отдельные виды преступлений, такие, как карманные кражи, карточное мошенничество, мошенничество при помощи денежной или вещевой куклы, размена денег и некоторые другие, вообще не могут быть совершены без использования специальных приемов. Помимо этого преступникам приходится усваивать и систему условных сигналов (маяков), которые подаются жестами, движением головы, мимикой.

В преступной деятельности, как и в любой другой, наблюдается профессиональное разделение труда, или специализация. Подготовка преступника, с одной стороны, ведется на основе уже имеющегося криминального опыта данной категории уголовных элементов, с другой — совершенствуется методом проб и ошибок применительно к современным социальным условиям, формам борьбы правоохранительных органов сданным видом преступлений.

Характерной особенностью современной профессиональной преступности стало использование в криминальных целях специальных знаний, интеллектуального потенциала некоторых нормальных (в смысле социально-ориентированных) профессий: военных, юридических, экономических, финансовых.

В настоящее время насчитывается свыше 100 криминальных специальностей только среди преступников, которыми занимается уголовный розыск. Это почти в два раза больше, чем было в 20-е годов. Причем сохраняются практически все виды специализаций прошлых десятилетий и вырабатываются совершенно новые, обусловленные современными социально-экономическими, правовыми и иными формами.

При определении специализированной преступной деятельности прежде всего учитывается характер этой деятельности. Поскольку специализация и квалификация преступников различны в зависимости от направления криминальной деятельности, необходимо проанализировать их применительно к категориям профессиональных воров, вымогателей, грабителей и т. д.

Наиболее ярко здесь представлены карманные, квартирные, магазинные воры, похитители автомашин, антиквариата и др. В каждой из этих категорий насчитываются десятки различных «специальностей» и соответственно специалистов.

Например, карманники «работают» в зависимости от места и поэтому подразделяются на рыночников (воруют на рынках), кротов (в метро) и т. д. По способу хищений различается восемь воровских квалификаций (крадущие с помощью технических средств — технари, с помощью прикрытия — ширмачи и т. д.).

Чем выше квалификация, тем интенсивнее преступная деятельность. В среднем карманник-профессионал совершает до 25 краж в месяц. Только в пяти случаях из ста потерпевший догадывается о краже. Раскрываемость карманных краж, по данным проведенного исследования, не превышает 3%. В последние годы она вообще приближается к нулю.

Одна из самых распространенных за последние 20 лет воровских специальностей — кражи личного имущества с проникновением в жилище.

Среди квартирных воров отмечается высокий профессионализм, хотя «домушников» в дореволюционной России считали серой массой и профессионалами называли лишь небольшую часть взломщиков.

Постоянные навыки и специализация в способах преступлений наблюдались у половины обследованных квартирных воров, при этом свыше 25 из них совершали кражи тождественным способом, вплоть до деталей.

К основным криминальным специальностям квартирных воров относятся кражи, совершаемые: при помощью воровского инструмента; с подбором ключей; путем взлома либо выбивания дверей и дверных коробок; через форточку; под видом посещения квартиры должностным лицом, оказания помощи и т. п.; с использованием виктимологического фактора (открытых дверей, окон).

Каждый из этих способов имеет специфические приемы проникновения в жилище, поэтому квартирных воров дифференцируют иногда на более мелкие виды — хвостовщиков, обходчиков, балконщиков, сычей, крысоловов и т. п.

Аналогичным образом дифференцируются и другие категории воров. Например, похитители имущества из магазинов и кооперативных ларьков, железнодорожных объектов, воры автомашин и антиквариата насчитывают до 30 основных криминальных «квалификаций».

Что касается мошенников, то здесь можно выделить 40 категорий «специалистов», среди которых наибольшее распространение получили шулеры, наперсточники и кукольники.

Среди корыстно-насильственных преступников высоким профессионализмом обладают вымогатели (рэкетиры), которых можно условно разделить на традиционных и новых. Первые действуют в отношении отдельных лиц, угрожая убийством, уничтожением имущества, распространением порочащих жертву сведений; вторые облагают данью различные фирмы, торговые точки.

Если говорить о профессиональной преступности в экономической сфере, то здесь наблюдается бесчисленное множество специальностей. Только в хищениях, совершаемых с использованием служебного положения, установлено 200 способов, каждый из которых требует специальных знаний и навыков.

В последние годы стала распространенной квалификация преступников в так называемой сфере криминальных услуг. Помимо скупщиков и сбытчиков краденого, появились информаторы — наводчики, продающие необходимые сведения, наемная охрана, консультанты, занимающиеся организацией детской проституции, сбытом наркотиков.

Наиболее опасной категорией профессиональных преступников являются грабители, специализирующиеся на насильственном завладении имуществом. Их можно разделить на три основных вида: совершающих захват денежных средств на объектах финансовой системы; совершающих нападение на граждан в их жилищах; захватывающих автомашины при нападении на их владельцев.

В подавляющем большинстве преступники действуют организованными группами, их характеризует высокая степень подготовки. Особым качеством, отличающим грабителей от других категорий преступников, является жестокость. Они, например, часто ликвидируют раненых соучастников, если их преследует милиция.

Приметой современного общества стало появление в криминальном мире касты наемных профессиональных убийц. Профессиональные киллеры имеют хорошую подготовку, многие из них прежде были военными.

В отличие от традиционных профессиональных преступников среди современных прослеживается устойчивая тенденция к универсализации криминальных действий. Так, карманный вор может успешно обыграть в карты и даже совершить квартирную кражу.

В последние годы получили распространение десятки способов рэкета; завладение приватизированными квартирами с убийством их хозяев, преступления в кредитно-банковской сфере, контрабанда.

Существенную роль играют не просто способы совершения конкретных преступлений, а организация и проведение крупномасштабных криминальных операций по завладению недвижимостью, ценными бумагами на миллиарды рублей.

Этому способствуют три фактора: возросший образовательный уровень преступников (это, например, заметили даже американцы, столкнувшиеся с преступниками-эмигрантами из СНГ); обучение преступному опыту в неформальных группах осужденных и преступных организациях на свободе; высокая техническая оснащенность профессиональных преступников.

Поскольку в отличие от правопослушного преступное поведение всячески скрывается, то внешне оно проявляется лишь в среде единомышленников. Преступник может состоять в криминальной группе, посещать места сборищ преступных элементов, поддерживать связь с отдельными рецидивистами и т. п. При этом организационно-структурные элементы связей подвижны и зависят от многих факторов.

Нередко наблюдается и взаимозависимость совершаемых преступлений, иными словами, криминальная реакция. Так, для того чтобы сбыть краденые вещи через ломбарды или комиссионные магазины, необходимо удостоверение личности. Его можно добыть с помощью карманных воров либо обратиться к преступникам — специалистам по подделке документов. А те, в свою очередь, могут иметь связь с лицами, занимающимися валютными операциями, распространением наркотических веществ и т. п.

Особенно ярко причисление себя к преступной среде и непосредственная связь с ней проявляются у карманных воров, отдельных категорий мошенников, рэкетиров, которые совместно в пределах района, города, области собираются (сходка, правиловка, разбор) и обсуждают те или иные вопросы.

Профессиональная преступность отличается высокой степенью консолидации. Общение преступников-профессионалов с себе подобными имеет многоканальный и устойчивый характер. В результате образуется довольно монолитная криминальная среда со своими нравами, обычаями и нормами поведения, не обязательно связанными с совместной преступной деятельностью. Эта среда характеризуется рядом специфических признаков. К ним относится криминальная классификация преступников, разделение их на условные группы, так называемые масти.

Современная уголовная среда имеет достаточно четкую стратификацию (расслоение). Например, она делится на воров в законе, авторитетов, дельцов, шестерок, обиженных, опущенных. При этом каждый такой слой подразделяется на еще более мелкие категории.

Так, воры в законе делятся на новых и старых (нэпманских), на российских и пиковую масть (из районов Закавказья) и т. д.

Связь между преступником и средой существует не только для общения. Она необходима и для организации совместных действий, так как некоторые посягательства предполагают групповой способ их совершения.

Большую роль в установлении криминальных связей профессиональных преступников играют традиции, законы и иные неформальные нормы поведения, которые выступают своеобразными регуляторами применительно к микрогруппам и даже категориям преступников. Действие многих из таких норм может распространяться не только на ограниченные районы, но и на страну (например, Штрафные санкции за те или иные нарушения).

Существование неформальных правил поведения в уголовной среде обеспечивается особенностями противоправного образа жизни, требующего обязательного регулирования некоторых его сторон, особенно взаимоотношений отдельных лиц и микрогрупп. По существу, они выполняют ту же роль, что и нормы поведения в правопослушных группах и коллективах с той лишь разницей, что вследствие своей антиобщественной направленности не могут широко афишироваться и иметь официальный характер.

Их можно классифицировать на общие нормы, характерные для определенной категории таких лиц, и внутригрупповые, типичнее, например, для любой организованной группы. Существенное различие наблюдается по месту действия неформальных правил: так, одни имеют силу только в местах лишения свободы, другие на воле. Некоторое различие норм обусловлено национальными традициями и местными пережитками.

Важными дополнительными элементами анализируемого признака являются знание преступниками специального жаргона, а также система кличек и татуировок.

Преступный жаргон насчитывает около десяти тысяч слов и выражений. В целом его можно разделить на три основные группы: 1) общеуголовный жаргон, которым пользуются как обычные преступники, так и профессиональные; 2) тюремный жаргон, характерный для мест лишения свободы; 3) специально-профессиональные жаргоны, которые характерны только для профессиональных преступников. Например, у карманных воров насчитывается около 400 специальных терминов, отражающих специфику их деятельности, у карточных мошенников — 200, у воров-антикварщиков — около 100, у распространителей наркотиков и рэкетиров столько же. Появились специальные термины у фарцовщиков и спекулянтов, у лиц, совершающих преступления в сфере торговли.

Поскольку жаргон преступников не что иное, как профессиональная лексика, то он играет не только коммуникативную, но и вспомогательную роль. Карманные воры им пользуются в 50% случаев совершения преступлений, карточные мошенники в 70% случаев. Другие группы воров также знают жаргон, но пользуются им больше при общении друг с другом, чем при совершении преступлений (нет необходимости). Наличие специального жаргона является ярким свидетельством профессионализации отдельных групп преступников.

Татуировки в настоящее время — явление, весьма распространенное среди уголовных элементов. Даже среди лиц, впервые осужденных, удельный вес татуированных достигает 60%. Вместе с тем нельзя не отметить, что в целом татуировки не играют той коммуникативной роли, которая отводилась им до конца 50-х годов.

Татуировки преступников условно можно разделить на старые и новые. Старые татуировки главным образом встречаются у воров-рецидивистов, начавших свою преступную деятельность еще в 40—50-х годах и потому хорошо знающих их символику. Новые татуировки предпочитают преступники, осужденные в последние двадцать лет. Однако по неписаным криминальным законам часть татуировок, характерных для преступников прошлых десятилетий, достаточно хорошо известна и современным молодым правонарушителям, что лишний раз убеждает в преемственности уголовных (блатных) традиций.

Профессиональная преступность, в основе которой преступления, служащие источником средств существования, несомненно, связана с такими причинами, как корысть, стяжательство, паразитические устремления. Однако эти и другие причины порождают конкретные деяния. Что же касается вида преступности как своеобразного социального феномена, то здесь, очевидно, должна быть специфическая причина. Одной корыстью и экономическими факторами профессиональную преступность не объяснить. К тому же корыстная мотивация наблюдается и в действиях случайных преступников.

Корыстно-паразитическая психология, лежащая в основе имущественных преступлений, порождает профессиональную преступность при наличии такой специфической причины, как существование криминальных (в данном случае уголовно-воровских) традиций и обычаев, роль которых в российской криминологии изучена недостаточно.

Есть все основания полагать, что профессиональные преступники, образуя некое замкнутое кастовое сообщество и находясь вне закона, вырабатывают такие нормы межличностных отношений, которые способствуют не только их безопасности, но и воспроизводству. Со временем эти нормы превращаются в обычаи и традиции, которым присуще то общее, что позволяет назвать их общесоциологическим законом.

Эти нормы работают для поддержания определенного «порядка» как в самой преступной среде, так и во внешних связях, обеспечивают верховенство преступной элиты, служат средством ее самосохранения и самозащиты. Выразительным примером такого рода норм является установление жестоких санкций (вплоть до убийства) за предательство интересов преступного мира, в частности за связь с сотрудниками оперативно-розыскных аппаратов.

Традиции профессиональных преступников передаются из поколения в поколение. Разумеется, они обновляются, видоизменяются. Их носителем выступает сама среда, особенно в местах лишения свободы. Живучесть уголовно-воровских традиций — объективное явление, обусловленное ответной реакцией профессиональных преступников на социальный контроль общества. Характерно, что лица, никогда до осуждения не сталкивавшиеся с правилами поведения осужденных, начинают их усваивать с момента поступления в следственный изолятор. В итоге многие усваивают определенные модели поведения, устанавливают тесные связи с профессиональными преступниками.

Исследование показало, что среди несовершеннолетних осужденных имеется, по существу, та же иерархия, что и у взрослых, только с более жесткими правилами поведения. Причем, как и среди правопослушной части граждан, у криминогенной части молодежи наблюдается стремление к достижению определенного статуса в микросреде. Начинающий преступник всегда стремится к подобной перспективе, ориентируясь на какую-то определенную знаменитость.

Следует отметить, что большая часть неформальных норм поведения связана с функцией защиты преступной группы, сохранения ее участников. Отсюда клятвы, разного рода запреты, санкции за их нарушения. Причем среди несовершеннолетних они имеют жесткую императивную форму. Стабильность уголовно-воровских традиций, обычаев поддерживается и на общем бытовом уровне.

Пример тому — живучесть многих жаргонизмов и воровских песен. Причем то и другое в большей мере распространено в среде несовершеннолетних правонарушителей и имеет большое значение на первоначальной стадии самоутверждения личности. Очевидно, не случайным является и то, что больше половины несовершеннолетних преступников, имеющих татуировки, нанесли их из подражания.

Что касается жаргона, то подавляющая часть обследованных преступников из числа несовершеннолетних знала не только общеуголовный жаргон, но и профессиональный (карманного вора, наркомана, фарцовщика и т. п.). Сегодня можно говорить о специализированном молодежном жаргоне, насчитывающем две с половиной тысячи слов и выражений.

Основные социальные условия, способствующие живучести криминального профессионализма:

  • противоречия в распределительных отношениях;
  • ослабление отдельных нравственных и социальных институтов;
  • недооценка общественной опасности профессиональной преступности и ее последствий.
  • Детерминанты профессиональной преступности в основном те же, что у рецидивной, а точнее — той ее части, которая включает специальный многократный рецидив имущественных преступлений. В качестве специфических детерминирующих, факторов можно отметить ярко выраженную корыстную мотивацию действий профессиональных преступников, и в особенности — преемственность, живучесть нравов и обычаев злостных, активно действующих преступников, традиций автономной криминальной среды или субкультуры, имеющей многовековую историю.

    isfic.info