Полезные статьи

Кто отменил приказы в россии

Что было бы, если бы победили белые?

Вторая часть беседы о русской Гражданской войне с историком Василием Цветковым

– Иногда встречается мнение, что революция 1917-го, в силу ее антинародности, не была собственно русской. Как вам этот тезис?

– Я исхожу из классических определений и установок. На мой взгляд, в 1917-м году проходил единый революционный процесс. Иное дело, что этот процесс мог бы остановиться, не перерос бы в Гражданскую войну. Но ведь в этом процессе участвовали широкие народные массы. Ни один думец, ни одни либерал не в состоянии был вывести на улицы многотысячные толпы народа. И если они выходят на улицы, площади, строят баррикады, то это не потому, что Милюков речь произнес 1 ноября 1916 года в Думе. Его уже забыли к февралю 1917-го. Это и не потому, что появились более умелые агитаторы – большевики, эсеры, анархисты. Но главное в том, что причиной революции стали серьезные проблемы внутреннего порядка. Их не смогла решить тогдашняя власть, несмотря на то что в ней были честные и профессиональные, в большинстве своем, министры.

Причиной революции стали серьезные проблемы внутреннего порядка

– Вопрос из жанра альтернативной истории. Если бы белые победили, какой бы была Россия, на ваш взгляд? Была у них вообще организующая сила, которая могла бы обеспечить какой-то единый порядок на территории бывшей империи?

– Один из характерных ответов на похожий вопрос дал Юлий Мартов, лидер меньшевиков. Он отмечал, что альтернатива перед Россией следующая: либо большевики, после которых длительная анархия, либо государственный капитализм и крестьянская частная собственность. И белые, по большому счету, шли к этому второму варианту. То есть у нас сформировался бы регулируемый государством рынок, сложились сильные монополии, под контролем государства, но при сохранении права частной собственности.

То есть это похоже на то, что есть в России сейчас?

– Вы знаете, когда начинались 2000-е годы и, в частности, вступил в силу Гражданский кодекс, напрашивалась эта параллель. Правда, там был один элемент, который белые всячески позиционировали, но которого, к сожалению, нет до сих пор. Это развитое и активное местное самоуправление. Когда люди на местах не кивают наверх, что, мол, там за нас все решат, а сами имеют и используют рычаги, приемы для решения своих внутренних задач.

– Значит, вы считаете, что есть некая аналогия между тем, что хотели белые, и тем, что появилось в России в нулевые годы в социально-экономическом плане?

– Не в социально-экономическом, а, скорее, в юридическом плане. Стали принимать похожие законы. Конечно, я не думаю, что среди депутатов Государственной Думы есть тот, кто изучал законопроекты белых. И, надо сказать, системные элементы в обществе стали напоминать те, которые, наверное, возникли бы, если бы белые свергли советскую власть.

– Правильно, на мой взгляд, назвать их иначе. Один из активных деятелей Белого движения и один из авторов сборника «Вехи» – Струве Петр Бернгардович, публицист и политик, который задолго до революции был короткое время даже соратником Ленина, потом – его оппонентом. Он употреблял термин «консервативный либерализм». Он же, кстати, говорил о «левой политике правыми руками», применительно к реформам Врангеля в Крыму. В отличие от либерализма, условно говоря, кадетского, левоцентристского, это был бы либерализм, который выступал за сильную власть, за ведущую роль Православной Церкви, за укрепление государства, которое «сверху» проводит реформы. Здесь не было отказа от прошлого, наоборот, преобладали настроения преемственности с прошлым. Нужно было на этой основе развиваться дальше. Но развиваться эволюционно, а не революционно.

Ленин, к слову сказать, тщательно анализировал те тенденции развития государства, которые существовали накануне революции. Когда большевики пришли к власти, они получили страну с множеством нерешенных проблем. А если бы белые оказались у власти, перед ними встали бы те же самые проблемы. Как бы они их решали? Частная собственность на землю, например, осталась бы, но сильная государственная власть, которая ангажирует экономику, все равно была бы. Не было бы, конечно, партийного генсека, но был бы, допустим, Государь Император с сильным парламентом или Верховный правитель.

А как белые решали национальный вопрос?

– В рамках единой России с развитым элементом федерализма местной власти. Конкретный пример – это казачьи области. Белые не ликвидировали органы казачьего самоуправления, но, наоборот, всячески их поддерживали. Считалось возможным создавать похожие структуры и на Украине.

Если бы белые победили, была бы областная автономия Сибири, Дальнего Востока, но опять-таки в рамках единого государства. У белых были союзники среди представителей разных национальных движений. Региональные политики могли бы пройти в общероссийский парламент и отстаивать там свои местные интересы. Но при этом они не стремились бы к выходу из России. Кто бы точно подтвердил свою независимость, но только после решения Учредительного собрания, – это Финляндия, Польша и, вероятнее всего, прибалтийские республики.

– А в Закавказье у белых были союзники?

– Армения – в первую очередь, Азербайджан в меньшей степени, потому что Азербайджан поддерживал горцев, восстававших против Деникина. На Северном Кавказе тогда было очень сильное движение за шариатскую монархию. Они выступали и против белых, и против красных. Грузия в конце концов де-факто была признана как государственное образование, с которым можно вести переговоры, хотя в 1919-м году с ней воевали из-за Сочинского округа.

Искусство воевать

– Цифры есть, к сожалению, только приблизительные. Количество участников зависело, в частности, от регионов, в которых формировались армии. Исторически в России был густонаселенный центр и малонаселенные окраины. А поскольку Белое движение формировалось на окраинах, а центр был советский, то закономерно, что в случае проведения мобилизаций, при прочих равных условиях (более-менее налаженный мобилизационный аппарат и др.), численность Красной армии станет большей. В конце 1920 г. под штыком у красных находится около 5,5 млн. человек. Правда, примерно половина от этого числа – это внутренние войска: продотряды, различные части охраны и т.д.

У белых совокупная численность фронтовых частей была около 500 тысяч человек в периоды максимальных успехов, но бывало и меньше. Армия Юденича, которая шла на Петроград, составляла всего 15–20 тысяч человек.

– Так, получается, соотношение белых и красных было 1 к 20–30?! Как же белые тогда сразу не проиграли, и как они вообще могли на что-то надеяться?

– Соотношение было разным в разные периоды войны. Например, во время штурма Крыма численность Красной армии, переведенной с польского фронта, была около 200 тысяч, а им противостояло около 40 тысяч врангелевцев.

Но тут надо еще учитывать способ ведения боевых действий. Белым, например, тому же Юденичу при наступлении на Петроград, нужно было действовать быстро и оперативно, чтобы добиться успеха. Он знал, что длительных боевых действий его армия не выдержит. Поэтому белых выручала стремительная тактика, кавалерийские рейды. Это потом уже переняла их и красная конница.

Также надо учитывать, что у каждой стороны был свой активный элемент, некий каркас, основа. У красных это коммунисты, комиссары, интернационалисты. Основой белых были добровольцы, участники Ледяного похода («первопоходники»), и др. На этой основе держится мобилизованный элемент – те, кто идет в армию не по убеждению, а по призыву. У красных мобилизационный потенциал был выше в силу того, что они занимали более населенную территорию, центр страны и крупные города. А у белых была, например, Сибирь, где в ряде регионов средняя плотность населения – один человек на один квадратный километр. Белый юг, правда, был более населенный, но на юге происходили и более интенсивные боевые операции.

С сугубо военной точки зрения – у белых был шанс на победу

С сугубо военной точки зрения – у белых был шанс на победу. Недостаток сил и ресурсов мог быть уравновешен грамотными тактическими действиями. У белых основной расчет был на быстроту и стремительные сильные удары. Это были, например, поход на Москву Деникина, поход на Петроград Юденича. Считалось, что быстрые удары не только приведут к занятию столиц, но и к скорому окончанию Гражданской войны в целом.

Как только они терпели неудачу, тактика менялась. В частности, в 1920–1922 годах белые стали выжидать, ждать внутренних потрясений, рассчитывать на рост повстанческого движения в России. Появились идеи создания самостоятельных государственных образований: белый Крым, белое Приморье, – в конце 1922-го даже расчет был – удержаться на Камчатке. Некий прообраз будущего Тайваня. В любом случае, пока была русская территория, можно было говорить о государстве, об альтернативе советской власти. В эмиграции это делать гораздо сложнее.

– Можно ли сказать, что красные быстро научились воевать?

– Сейчас очень распространен тезис, что у них было много военных специалистов из бывших царских офицеров. Наше офицерство можно было разделить на три части: первые ушли к белым, вторые – к красным, а третьи были ни за кого. И если брать, например, процент офицеров Генштаба, то у красных их было немногим меньше. Но вот когда говорят, что у красных было 2/3 офицерского корпуса, – это не так.

Вообще, о каких офицерах идет речь? У нас к концу Первой Мировой войны офицерский корпус составлял порядка 270 тысяч человек, в который влилось 170 тысяч прапорщиков. И если кто-то, допустим, стал офицером в 1914-м году, то к 1917 он уже дослужился до штабс-капитана, а если пошел в Школу прапорщиков в 1917-м году, то дослужиться до офицера он никак бы уже не смог при всем желании. Как я говорил, декрет об отмене чинов и званий ударил по многим. Ведь в прапорщики тоже шли с неким расчетом, что сделают карьеру и будут потом офицерами, и даже, может быть, дослужатся до дворянства. Офицеры военного времени – это нередко бывшие солдаты, которые получили дополнительное военное образование, и у них был шанс, как говорится, подняться по служебной лестнице.

Но когда происходит революция, возникает вопрос, куда этим офицерам идти. Немалая часть тех, кто идет в Красную армию, служит там потому, что это их профессия, и они должны служить стране, государству, России. Есть небольшая часть и идейных красных. Тухачевский, например, в 1918-м году уже вступил в партию, хотя был гвардейским офицером и дворянином.

Были и те, кто при первой же возможности стремился перейти к белым, и их было не так уж и мало. Многие оставили военную профессию и не воевали ни за красных, ни за белых.

Гражданская война была маневренной, непредсказуемой, войной на энтузиазме

Но, с другой стороны, и это важный момент, сам характер войны стал другим. Гражданская война вызвала к жизни ранее неизвестные виды и формы боевых действий. Она была маневренной, непредсказуемой, войной на энтузиазме. Часто – войной без резервов, без флангов и фронтов. И руководить войсками по старому шаблону, в том числе человеку, имеющему за плечами высшее военное образование, было подчас просто невозможно. Он не понимал, как можно командовать в таких условиях. Это революционная война, и нужен был, наверное, наполеоновский гений, чтобы в новой армии разглядеть будущую силу, которая будет способна дойти до Тихого океана и «до Британских морей».

Старые военспецы в новых условиях не могли командовать без комиссаров, как бы к ним ни относиться, потому что старых офицеров могли просто игнорировать. Они давали грамотные приказы, но солдатской массе был нужен митингующий оратор, который скажет: «Ребята, вперед! За мировую революцию! А товарищ военспец нам покажет по карте, куда и как наступать». Такой была Гражданская война. Поэтому Чапаев и мог командовать дивизией, хотя он не заканчивал Академию Генштаба, и его дивизия неплохо воевала.

– Действительно, как Чапаев мог командовать дивизией, не будучи офицером и не имея военного образования?

– В его действиях была большая доля импровизации и творчества, плюс личная харизма, чего у белых иногда не хватало. Хотя, если мы возьмем таких военачальников, как тот же Врангель, или Каппель, или Кутепов, – у них были и харизма, и военный талант. Тем не менее, даже окончив Академию Генштаба и получив высшее военное образование, они признавали, что теперь надо воевать по-другому. Военные шаблоны годятся в глобальном масштабе: численное превосходство, нанесение ударов по решающей точке фронта и т.д. Но на уровне повседневных боевых действий и операций нужен был новый подход. И он начинает формироваться и у красных, и у белых.

– То есть творческий подход занимал заметное место у обеих сторон?

– Да. Обе армии были непохожи на те, что были в 1914-м году, в том числе и по кадровому составу. Вот, например, Махно. Кто он? Анархист, политик, но уж никак не военный. Но тем не менее он проводит очень удачные боевые операции. Слащев его в конце концов разбил, но сам Слащев признавал, что Махно обладал самобытным военным талантом.

– Откуда он у него мог взяться?

– А это как раз о том, что наш народ имел очень большие таланты. Нужно было только их направить в созидательное русло.

Семена гражданского противостояния и раскола очень живучи

– Насколько жестокой была Гражданская война, и какие последствия она имела для дальнейшей истории страны и народной психологии?

– Психологически Гражданская война стала, по существу, продолжением того состояния войны, в котором наше общество уже находилось с 1914 года. В этом отношении и Первая мировая, и революция 1917-го, и Гражданская – все эти военные противостояния были взаимосвязаны. Обесценивается человеческая жизнь, люди привыкают к смерти. Сначала это кажется чем-то очень страшным, в первые год-два войны, но потом смерть постепенно входит в привычку. Причем смерть как собственная, так и других людей.

Хуже того. Если Первая мировая в сознании людей оправдывалась как война с «внешним врагом», то начиная с февраля 1917-го в массовом сознании начинает усиленно вырабатываться образ «внутреннего врага», с которым надо беспощадно бороться. Внешние и внутренние враги, по сути, уравниваются. Показательно и то, что даже после формального окончания Гражданской войны общественное противостояние не только сохраняется, но и культивируется, усиливается. Это продолжается долго. Ведь если задуматься о психологическом восприятии сталинских репрессий, о том, почему очень многие эти репрессии не осуждали, а наоборот, поддерживали, то причину всего этого надо искать в периоде революции и Гражданской войны. Вообще, убийство перестает считаться смертным грехом, если это убийство ради весьма условно понимаемого «блага», некоего «светлого будущего».

Требуются очень мощные усилия, чтобы вернуть утраченное единство

– А когда, на ваш взгляд, закончилось это состояние внутренней войны?

– Оно не могло не закончиться. Состояние взаимоуничтожения, постоянного поиска «врагов» – бесперспективно и гибельно для общества. Но требуются очень мощные усилия, чтобы вернуть утраченное единство. Я считаю, что перелом произошел в Великую Отечественную войну. По сравнению с врагом внешним понятие внутреннего врага пришлось забыть, по крайней мере на какое-то время. Примечательно, что, например, активные участники антифашистского Сопротивления во Франции из числа белоэмигрантов могли получить советское гражданство. Правда, после войны внутреннее противостояние восстанавливается. То же понятие «враг народа». Возникнув в 1917-м, оно оставалось актуальным вплоть до смерти Сталина, да и потом все равно были враги социализма, диссиденты и т.д. И даже короткий период примирения (по довольно абстрактной формуле «всех со всеми») периода Перестройки очень скоро сменился распадом страны, многочисленными национальными конфликтами на территории бывшего СССР и растущим силовым противостоянием в России, кульминацией чего стали октябрьские события 1993-го года в Москве.

Так что семена гражданского противостояния и раскола очень живучи. В одночасье их истребить нельзя, но к этому надо всячески стремиться. Без этого нельзя говорить о каком-либо развитии, движении вперед, экономическом прогрессе и т.д. Это наша общая задача – и христианская, и гражданско-политическая.

– На ваш взгляд, каковы были главные отрицательные последствия Гражданской войны для России?

– Об этом пишут достаточно много. Я считаю, что сложилась модель авторитарного государства, основанная на постоянной мобилизации сил ради некоего большого рывка, высоких идей. Это, кстати, неплохо, поскольку мобилизационная модель себя оправдывает при определенных обстоятельствах, особенно в большой стране. Но она же таит в себе очень большой изъян: рано или поздно эта мобилизационная, авторитарная модель надорвется, народ и даже власть не смогут постоянно находиться в постоянном напряжении. Что и произошло в конце концов, уже во время противостояния в холодной войне. Ведь лозунги Горбачева, когда он начал их проводить, были достаточно здравые – вдохнуть свежие силы в социализм, реформировать экономику на основе научного прогресса, дать возможность людям реально участвовать в самоуправлении. Но он использовал здесь идеи революции. Он провозгласил, что Перестройка – это продолжение революции 1917-го, как раз 70-летний юбилей отмечали. И в итоге он ее и получил. Стремление сразу все изменить, и экономику, и политику, и идеологию, ни к чему созидательному не привело.

– Горбачев тоже был наследником большевистской психологии.

– Да. Он выражал ее по-новому, считал, что революцию обюрократили, исказили, извратили ее дух и суть. Хрущев то же самое говорил во время «оттепели» – что нужно вернуться к Ленину и ленинским идеям. Но во времена Горбачева это было уже трудно. Не получилось действовать с таким же напором, как 40–50 лет назад. Мобилизационная система требовала постоянного противостояния с кем-то внутри или вовне. Внутри это классовые враги, вовне – враждебные иностранные государства. Но так можно жить лишь на протяжении определенного, пусть и достаточно долгого периода времени, но чтобы так жило поколение за поколением – не получится.

В конце 1980-х советский социализм как система не устраивал очень многих, но новых идей в полноценном виде тоже не появилось. Капитализм для многих тоже казался неприемлемым, и в результате получился некий идеологический вакуум и развал государства со всеми вытекающими отсюда негативными последствиями.

– То есть это была просто очередная революция?

– Да, мы имеем дело с довольно сопоставимыми вещами – ситуация 1917-го и ситуация 1991-го годов, только полномасштабной войны, слава Богу, в последнем случае удалось избежать. Но вот была та же вера в народ, что он всегда прав и найдет свой путь. В 1917-м, когда стали грабить помещичьи имения, верили, что если простой народ разделит землю эксплуататоров, то все будет хорошо. А в 1990-е годы было «давайте от всего советского прошлого откажемся, будем заниматься своим бизнесом и делать деньги, и у нас все будет хорошо». Но ни в 1917-м, ни в 1991-м ни к чему хорошему это не привело. Все это оказалось иллюзиями.

5 главных книг о Гражданской войне

  • М.А. Шолохов. Тихий Дон.
  • М.А. Шолохов. Донские рассказы.
  • Р. Гуль. Ледяной поход.
  • А.А. Фадеев. Разгром.
  • М.А. Булгаков. Белая гвардия.
  • 5 главных фильмов о Гражданской войне

    • «Тихий Дон» (1958, реж. С. Герасимов). Классика на все времена по одноименной великой книге М.А. Шолохова.
    • «Сорок первый» (1956, реж. Г. Чухрай, по одноименной повести Б. Лавренева). Фильм о трагической любви в разгар Гражданской войны молодого белогвардейского офицера и девушки – бойца Красной армии. На Х Международном кинофестивале в Канне (1957) фильму присуждена премия «За оригинальный сценарий, гуманизм и романтику».
    • «Седьмой спутник» (1966, реж. А. Герман, по одноименной повести Б. Лавренева). Фильм о том, почему заслуженный царский генерал перешел на сторону красных и почему он стал считать себя пусть далеким (седьмым), но спутником революции.
    • «Чапаев» (1934, режиссеры братья Васильевы). Тоже советская кинематографическая классика, которая не нуждается в представлении.
    • «Бег» (1970, режиссеры А. Алов и В. Наумов). Фильм по мотивам произведений М. Булгакова о трагической судьбе участников Белого движения, ушедших в эмиграцию. Сквозь изрядную долю советского ерничества все равно передано горе и боль проигравших.

    pravoslavie.ru

    Реформа ценообразования в строительстве должна была завершиться

    Реформирование по кругу. Замминистра Мавлияров начал отменять официальные акты, которые сам и утверждал.

    Челобитная Президента Российского Союза Строителей В.А.Яковлева по вопросу реформы системы ценообразования

    Р оссийской Союз Строителей, много лет возглавляемый известным государственным деятелем Владимиром Анатольевичем Яковлевым, не смог сдержаться и обратился в Президентское окружение с критикой реформы системы ценообразования. По мнению Союза Строителей России, реформа ценообразования в строительстве имеет негативный характер и отрицательно воспринимается строительной отраслью.
    В первые мнение строительной отрасли о несостоятельности реформы системы ценообразования прозвучали от общественной организации национального масштаба.
    К ак среагирует окружение Президента Путина на такое послание высших представителей отрасли, в которой заняты миллионы граждан, будущих избирателей Президента России.

    Михаил Богданов: Открытое письмо Президенту Российской Федерации Владимиру Путину

    Уважаемый Владимир Владимирович!

    Наше профессиональное общество специалистов в области инженерных изысканий считает, что министром строительства и ЖКХ России М. А. Менем полностью провалена работа по регулированию строительной отрасли.

    Министерство строительства и ЖКХ России было создано Вашим Указом от 1 ноября 2013 года № 819, который появился, в том числе и после публикации 17 сентября 2013 года в газете «КоммерсантЪ» открытого письма нашей Ассоциации «Инженерные изыскания в строительстве» (крупнейшая Ассоциация в стране, объединяющая около 1.500 организаций, выполняющих инженерные изыскания в строительстве). Тогда, четыре года назад, мы писали о том, что «от участия в выработке тех решений, которые должны приниматься именно с учётом и на основании мнения профессионалов, профессиональное сообщество, по сути, отстранено. Совместная деятельность чиновников от государства и «общественных чиновников» приводит к появлению нормативных технических документов, оказывающих негативное воздействие на качество и увеличивающих стоимость строительства». Мы писали о том, что «практически всю нормотворческую политику в сфере строительства в настоящее время контролирует вобравший в себя все направления технического регулирования в строительстве Технический комитет при Росстандарте № 465 «Строительство». Ни в одной другой отрасли экономики в России нет такой концентрации самых разных направлений технического регулирования, как в ТК 465». Мы писали о том, что «допуск саморегулируемой организации для работы даже на атомных объектах в настоящее время можно купить за один день, не имея специалистов и оборудования». Мы писали о том, что «считаем совершенно недопустимой ситуацию, когда чиновники Госстроя полагают, что они приобретают профессиональные знания в той или иной сфере одновременно с назначением на административные посты». Мы также писали о том, что «несколько десятков сотрудников Госстроя, даже обладая административными полномочиями, и тем более, не обращая внимания на мнение специалистов, не могут заменить собой профессиональное сообщество».

    Ваш Указ о создании Минстроя России был воспринят нами с энтузиазмом. Состояние эйфории в строительной отрасли от того, что, наконец, развитие строительной отрасли получило такую мощную административную форму управления, как министерство, начало проходить через несколько месяцев после создания Минстроя России. Удивил курс на разгром отраслевой науки. Уже весной 2014 года был снят с работы опытный профессионал – директор основного отраслевого института в области инженерных изысканий в строительстве «ПНИИИС» и на его место назначен не имеющий отношения к инженерным изысканиям пенсионер-архитектор, ранее работавший под руководством первого заместителя министра Л. О. Ставицкого (интересная информация о Л. О. Ставицком – «Аргументы Недели», № 26 (418)от 17.07.2014 – «Сказка про голого короля. Контролируют ли солнцевские Минстрой России?»). Техническое регулирование в Минстрое (ТК-465 Росстандарта) возглавила заместитель министра – финансист по образованию Е. О. Сиэрра, ранее не имевшая никакого отношения к техническому регулированию (интересная информация об этой чиновнице и её любопытном финансовом опыте – «Аргументы Недели» № 28 (420) от 31.07.2014 – «Кем же коронована королева Минстроя? С каждым годом российским чиновникам всё сложнее оставаться белыми и пушистыми в глазах народа»). Был издан приказ Минстроя о преобразовании в форме присоединения, по сути, ликвидации, Института строительной физики (от этого решения Минстрой России отказался только после публикации нашего открытого письма с протестом). В это же время, летом 2014 года, Минстрой России безуспешно пытался нам помешать провести научную конференцию, обычно проходившую в РАНХиГС и собирающую 700-800 специалистов. Летом 2014 года в РАНХиГС нам сообщили, что первый заместитель министра строительства позвонил их ректору, и теперь запрещено пускать нашу отраслевую науку на привычную нам площадку! На помощь пришло РИА «Россия сегодня» (совместно с Зиновьевским клубом), предоставив для проведения конференции свой превосходный пресс-центр. Минстрой России не смог помешать проведению научной конференции! Радует, что наша разумная позиция, целью которой является развитие строительной отрасли, встречает поддержку многих разумных людей, патриотов страны – в дальнейшем в проведении этой ежегодной научной конференции нам подставил мощное плечо поддержки ректор Горного университета в Санкт-Петербурге и Ваше доверенное лицо профессор В. С. Литвиненко. Конференции стали проводиться в его новейшем конференц-центре, отвечающем всем мировым требованиям. Горный университет стал соорганизатором конференции, В. С. Литвиненко сопредседателем оргкомитета. К проведению конференций вместе с нами также очень активно подключилось Правительство Санкт-Петербурга. Конференции были блестяще проведены, в них принимали участие не только российские специалисты, но и учёные и практики из стран СНГ и дальнего зарубежья.

    В 2015 году журналисты Владимир Соловьёв и Анна Шафран с нашей подачи заинтересовались ненормальной ситуацией с Минстроем России и с участием представителей нашей Ассоциации провели несколько часовых прямых эфиров на радио «Вести ФМ», посвящённым этой проблематике. Они смогли привлечь внимание всей страны к проблемам Минстроя России и абсурдности ситуации, когда непрофессионалы в Минстрое России принимают решения по тем вопросам, которые требуют специальных знаний!

    17 июня 2015 года мы опубликовали в газете «КоммерсантЪ» открытое письмо к Вам по поводу положения дел в Минстрое России, в котором писали о том, что «мы не оспариваем положение о том, что хороший бас-гитарист может стать хорошим министром строительства. Наверно, может. Но при этом, предполагалось бы, что в аппарате министерства трудятся многочисленные опытные профессионалы, профессионалы не в музыке и режиссуре, а в строительной отрасли, что деятельность министерства поддерживается мощными отраслевыми научно-исследовательскими организациями, являющимися центрами компетенции в своих областях знаний. По нашему мнению, все происходит совершенно иначе – министр, являющийся прекрасным бас-гитаристом, руководит несколькими сотнями юристов и экономистов, не имеющих необходимого профессионального образования и опыта работы, но принимающими решения, имеющие принципиальное значение для всей страны…

    По нашему мнению, именно удивительная некомпетентность руководства Минстроя РФ наносит колоссальный вред экономике страны. Вместо совершенствования государственной политики в строительстве, которая должна предусматривать, в числе прочего, совершенствование саморегулирования в строительстве, создание системы нормативно-технических документов и системы разработки таких документов, развитие отраслевой науки, мы видим достаточно странные для нас решения. За прошедшие с момента создания Минстроя более чем полтора года,положение в «саморегулировании» в строительстве ухудшилось настолько, что в отрасли стали раздаваться многочисленные призывы к возврату к государственному лицензированию, причём это просят сами участники рынка, просят саморегулируемые организации…

    В мире чиновников есть поговорка, что хуже некомпетентного чиновника может быть только некомпетентный чиновник с инициативой. По нашему мнению, этот худший вариант мы сейчас и наблюдаем в строительной отрасли. В случае, когда этот набор качеств чиновника дополняется стремлением дожать, добиться исполнения своего решения, регулирующего отрасль, во что бы то ни стало, не обращая внимание на негативные последствия для объекта регулирования, то такие чиновники становятся просто катастрофой.

    Вы были инициатором создания Общероссийского народного фронта, где простые люди пытаются улучшить будущее нашей страны. Мы – узкопрофессиональный аналог Общероссийского народного фронта. На наш взгляд, только Ваше вмешательство может изменить ситуацию».

    Отношения нашего профессионального сообщества и Минстроя к концу лета 2015 года стали настолько плохими, насколько это может быть. Мы и Минстрой, Россия и Америка. Похоже, хотя в разном масштабе… К счастью для отрасли, в это время заместителем М. А. Меня был назначен опытнейший руководитель и мудрый человек О. И. Бетин, многие годы работавший губернатором Тамбовской области. В числе прочих задач он взялся курировать отношения Минстроя России с нашей Ассоциацией, и до того момента, пока он не был переведён в банк «Российский капитал» осенью 2016 года, наблюдалась положительная динамика. Олег Иванович был всегда доступен, принимал участие в наших конференциях, мы получили возможность начать работу по переработке нормативно-технических документов, некоторые из которых сейчас уже утверждены. Олегу Ивановичу не удалось решить проблему с утверждением Минстроем новых карт сейсмической опасности вместо устаревших. Нам жаль, что другая работа потребовала знания и опыт О. И. Бетина…

    Осенью 2015 года, во многом при поддержке О. И. Бетина, состоялись встречи руководства нашей Ассоциации с М. А. Менем. Оказалось, что в общении М. А. Мень чрезвычайно приятный и интеллигентный человек, доброжелательный. Яркий человек и располагающий к себе собеседник. В целом, Михаил Александрович при встречах говорил разумные вещи, хотя некоторое удивление вызывало полное отсутствие у него информации по достаточно важным вопросам – так, он был довольно сильно удивлён, когда узнал от нас, что он своим приказом недавно переутвердил устаревшие карты сейсмического районирования России под названием ОСР-2015, отличавшиеся от действовавших с середины 90-ых годов ОСР-97 только минимальными изменениями и фамилией главного редактора (сделавший эти минимальные изменения чиновник от науки указал себя в качестве главного редактора чужой работы, и в этом качестве был подтверждён М. А. Менем!) и пообещал в самое ближайшее время всё исправить (подробно историю с этим несостоявшимся многолетним «исправлением», которое мы не можем рассматривать иначе как издевательство со стороны Минстроя России, мы описали в открытом письме к Вам, опубликованным в газете «КоммерсантЪ» 26 апреля 2017 года). В результате безграмотного решения Минстроя России до сих пор, в соответствии с утверждёнными картами ОСР-2015, в целом ряде сейсмобезопасных регионов Российской Федерации строители вынуждены строить здания и сооружения в заведомо более дорогом сейсмостойком исполнении, рассчитанном на землетрясения, которые там не ожидаются. При этом в ряде сейсмоопасных регионов Минстрой России разрешает строить здания и сооружения, заведомо не отвечающие уровню ожидаемых там сейсмических воздействий, подвергая риску жизнь граждан!

    Наше крайне негативное мнение о качестве работы Минстроя России под руководством М. А. Меня разделяется многими. Достаточно важна такая информация, как результаты работы Счётной палаты России.

    На сайте Счётной палаты России еще 10 июня 2016 года была размещена информация, что «Счётная палата насчитала общую сумму финансовых нарушений в деятельности министерства строительства и ЖКХ за 2015 год в 3,1 млрд руб.».
    На коллегии Счётной палаты РФ 18 января 2017 года по итогам проверки Федеральной целевой программой (ФЦП) «Повышение устойчивости жилых домов, основных объектов и систем жизнеобе­спечения в сейсмических районах Россий­ской Федерации» были выявлены много­численные нарушения и недостатки, в том числе отсутствие надлежащей системы управления и должного контроля за ходом реализации Программы со стороны госу­дарственного заказчика – Минстроя Рос­сии, и отмечено, что это влечёт за собой риски недостижения основных целей ре­ализации ФЦП.

    13 июня 2017 года газета «Ведомости» сообщила о новых выявленных нарушениях в Минстрое России – «Счётная палата России сочла недостоверной отчётность Минстроя за 2016 г. по расходам на 4,5 млрд руб. в 2016 г.… Кроме того, аудиторы обнаружили нарушения при проведении Минстроем госзакупок. Так, ведомство не полностью израсходовало субсидии, из чего был сделан вывод о завышении стоимости товаров и услуг. По состоянию на 1 января 2016 г. Счётная палата установила неиспользованные ФАУ «ФЦЦС» (учреждение, подведомственное Минстрою России – примечание АИИС) остатки субсидии на выполнение госзадания в 2015 г. в размере 691,7 млн руб., или 120% потребности в субсидии на выполнение государственного задания на 2016 г. На 1 января 2017 г. остаток субсидии на выполнение госзадания составил 482,7 млн руб… Анализ эффективности использования федеральной собственности показал, что по состоянию на 1 января 2017 г. не осуществлена государственная регистрация прав собственности Российской Федерации на 10 объектов недвижимого имущества площадью 22 470,5 кв. м, переданных по различным основаниям Минстрою России и подведомственным ему учреждениям». При этом Счетная палата России при проверке подведомственных Минстрою России ФАУ «ФЦЦС» и ФАУ «ФЦС» установила, что «закладываемые в расчеты годовые фонды оплаты труда работников указанных учреждений превышали аналогичные показатели в части оплаты труда государственных гражданских служащих в 3 – 4 раза и более чем в два раза фактическую заработную плату в среднем по отрасли (по данным Росстата России)»(. ).

    Подходы М. А. Меня к решению отраслевых проблем хорошо понятны на примере его действий в связи с «саморегулированием» в строительной отрасли. Он ясно понимает полную абсурдность этого «саморегулирования» в строительстве, которое заместитель Председателя Правительства РФ Д. Н. Козак на коллегии Минстроя назвал «мазохистской системой поборов». Но… М. А. Мень обеспечивает подготовку новых и новых совершенно абсурдных законов, наподобие ФЗ-372, про который строители говорят, что его готовили «умные дураки, ничего не понимающие в строительной отрасли». Мы понимаем, что многие «инновации в саморегулировании» готовят в Аппарате Правительства РФ. Но федеральный министр не может быть просто передаточным звеном от заместителя секретариата уважаемого вице-премьера к юридическому департаменту Минстроя! Он должен отстаивать интересы отрасли, а не только брать под козырек! Строительную отрасль к утру повесить для повышения эффективности – а какую верёвку изволите-с указать для применения?

    М. А. Мень прекрасно понимает полную порочность существования обязательного Национального объединения проектных и изыскательских саморегулируемых организаций (НОПРИЗ). Неэффективного и нарушающего закон НОПРИЗ! Он понимает, что зарплата 1.000.000 рублей в месяц, которую получает президент НОПРИЗ из обязательных к уплате членских взносов – это позор. У М. А. Меня есть пример Национального объединения строительных саморегулируемых организаций (НОСТРОЙ), которое возглавляет приличный человек, и которое, в отличие от НОПРИЗ, эффективно работает. М. А. Мень понимает, что необходимо уничтожить НОПРИЗ путём присоединения к НОСТРОЙ – и молчит. Он всего лишь федеральный министр… Вот если дадут команду из секретариата вице-премьера, тогда другое дело… Это же вопрос выработки государственной политики, разве это дело министра?

    Когда мы несколько раз обращались к М. А. Меню с просьбой защитить нас, нашу Ассоциацию от откровенно незаконных действий чиновников НОПРИЗ, за которым именно Минстрой обязан осуществлять контроль, Минстрой тихонько отходил в сторону. Они же только министерство. Вот если им из секретариата вице-премьера позвонят и скажут, что нельзя нарушать закон, то тогда они сразу! А без указания как можно? Может ли министр позволить себе принимать решение о необходимости соблюдать закон, если ему не дали прямое поручение? Опасно-с…

    В ноябре 2014 года на заседании Госсовета Вы дали поручение подготовить закон, чтобы нельзя было воровать на грунтовых строительных материалах при строительстве дорог. Закон готовили медленно… Несколько лет мы убеждали Минстрой дополнить этот закон, включив в него строительство железных дорог, нефте- и газопроводов, стратегически важных для страны крупных строительных объектов. Там тоже нельзя воровать… Х. Д. Мавлияров по нашей инициативе провёл совещание, крупнейшие компании страны дружно поддержали наше предложение. Результат – ноль. У Минстроя нет прямого поручения Президента РФ, а как они могут сами? Кто им позволит? В июле этого года Вы подписали закон. Там только карьеры для строительства дорог…
    Мы считаем, что Минстроем России провалена работа по реформе ценообразования. Старые нормативы по ценообразованию получают новые номера, люди, никогда не занимавшиеся разработками методик ценообразования в инженерных изысканиях, пробуют себя в новом … При этом устаревшие нормативные документы по ценообразованию приводят к неэффективному расходованию миллиардов рублей. Мы можем привести пример одной таблицы одного устаревшего ГЭСН, удорожание по которому получалось на 1,2 миллиарда рублей на объекте.

    Большая часть руководящих сотрудников Минстроя сегодня – это бывшее руководство «Олимпстроя». Они добились тогда результата, но необходимо понимать, что результат в ситуации «любой ценой» и в ситуации планового ведения строительного бизнеса – это разные вещи. Сколько компаний из тех, кого «дожали» и «доубедили» эти руководители, уже не существует? Для развития строительной отрасли нужны совершенно другие навыки руководства, и стиль «упал-отжался» не работает… Норматив по ценам, даже очень новый и вовремя подготовленный, как и было приказано, но неверный по сути – он не нужен. От него больше вреда, чем пользы…

    Согласно представленному Росимуществом отчёту об управлении находящимися в федеральной собственности акциями открытых акционерных обществ по итогам 2015 года, тогда на Минстрой России были ещё возложены функции по выработке государственной политики, координации и регулированию в соответствующей сфере деятельности по 52 акционерным обществам. В их число входили отраслевые научные институты и производственные изыскательские организации. К концу 2017 года Минстрой России полностью «освободился» от всей этой «нагрузки»! Как это происходило, в том числе, можно проиллюстрировать на примере упоминавшегося основного отраслевого научно-производственного института по инженерным изысканиям «ПНИИИС». После увольнения в 2014 году директора-изыскателя там потрудилось за эти три года три директора – профессионала-управленца от Минстроя. Архитектор-пенсионер, специалист по поставке киргизских и таджикских рабочих на стройки Москвы, управленец широкого профиля. В 2014 и 2015 годах на запросы депутатов Госдумы РФ Минстрой бодро и уверенно отвечал, что повода для беспокойства в связи с ситуацией в «ПНИИИС» нет, Минстрой России полностью контролирует ситуацию и гарантирует эффективное управление институтом. В марте 2017 года из института был уволен последний изыскатель. Оборудование грунтовой научно-исследовательской лаборатории, которая собиралась годами и находилась в исправном состоянии, несколько дней пилили болгарками во дворе института для сдачи в металлолом. То, что раньше называлось ведущим институтом страны в области инженерных изысканий, полностью переключилось на арендный бизнес – Минстрой обещал эффективное управление и обеспечил, министр умеет держать свое слово – теперь торговцы около Измайловского вернисажа смогут взять в аренду недорогое помещение! Эффективный министр, эффективные заместители министра! Готова страна, чтобы эти «эффективные менеджеры», музыканты и финансисты, продолжали улучшать нашу строительную отрасль? Строительная отрасль это всего лишь, по данным Росстата за 2016 год, 2.500.000 работающих, причём, считая членов семей, 5.000.000 избирателей, которые не совсем понимают подобные решения «эффективного» Министра!

    Пример стиля работы М. А. Меня и его команды замечательно иллюстрирует подготовка научной конференции изыскателей, которую мы проводим в этом году с 29 ноября по 1 декабря в Москве. 31 мая 2017 года руководство Ассоциации обсудило с М. А. Менем направление от Минстроя в субъекты Российской Федерации информационного письма о конференции, чтобы большее количество специалистов могло принять в ней участие. М. А. Мень поддержал проведение конференции и отправку письма поручил своему заместителю Х. Д. Мавлиярову. Пустяшное дело направить письмо, министр поддерживает, всё в порядке. Всё ли? В сентябре нам удаётся добиться ответа от министерства. С начала июня, около четырёх месяцев, Х. Д. Мавлияров рассматривает вопрос направления письма, но (!), уже, буквально до конца сентября, нам сообщат его решение. Руководство нашей Ассоциации встретилось с Х. Д. Мавлияровым, который сообщил, что всё неправда, у него на столе бумаги более 30 минут не лежат, приносите письмо ещё раз – немедленно отправим. Приносим. Проходит ещё 10 дней. Сообщают, что Х. Д. Мавлияров поручил заместителю директора департамента А. Ю. Степанову (о необходимости увольнения которого мы не раз говорили) подготовку совещания, на котором вопрос направления этого письма будет рассмотрен коллегиально (это не шутка!). Проходит ещё около 10 дней, и мы получаем письмо Х. Д. Мавлиярова о конференции, уже разосланное по всей стране, которым он информирует о проведении конференции именно в эти дни в Москве, но другой, которую приятель А. Ю .Степанова решил вдруг проводить и именно по одной из тем нашей конференции. Можно ли о чём-либо говорить и договариваться с ТАКИМИ чиновниками? Надо сказать, что, когда в апреле этого года газеты сообщили, что Х. Д. Мавлияров возглавит Ростовскую область, мы обрадовались – уйдёт из министерства. Хотя жаль Ростовскую область… Сейчас обсуждают его переход на руководство Башкирией. Радостно, если расстанемся, но искренне жаль Башкортостан…

    За всё время нашего диалога с М. А. Менем не было сделано НИЧЕГО, о чём наша Ассоциация с ним договаривались (только О. И. Бетин, проявляя прежде всего собственную инициативу, помог с организацией конференций и возможностью поправить наиболее абсурдные нормативно-технические документы). Во всех случаях М. А. Мень внимательно выслушивал наших представителей, немедленно давал по обсуждаемым вопросам поручения своим сотрудникам… и далее годами не происходило ничего. Ничего. Совещание, обсуждение, разговор – да. Принятие решений – нет. Нет. Нет. Утверждением новых карт сейсмической опасности Минстрой России занимается с ноября 2015 года… Нет. Совещания, обсуждения, переписка. Нет. В такой ситуации возможны два объяснения – или министр, который обещает решение отраслевых проблем, обманывает собеседников, или он настолько не контролирует ситуацию в министерстве, что даже маленькие клерки могут годами не исполнять его поручения, проводя свою маленькую политику. В любом случае, такой министр должен заняться какой-то другой, более подходящей ему работой. Хороший человек – это не профессия!

    Поневоле приходят в голову строки басни «Щука и кот» Ивана Андреевича Крылова, написанные ещё в 1813 году:

    Беда, коль пироги начнёт печи сапожник,
    А сапоги тачать пирожник:
    И дело не пойдёт на лад.
    Да и примечено стократ,
    Что кто за ремесло чужое браться любит,
    Тот завсегда других упрямей
    и вздорней;
    Он лучше дело всё погубит,
    И рад скорей
    Посмешищем стать света,
    Чем у честных и знающих людей
    Спросить иль выслушать разумного совета.

    Нам бы хотелось завершить наше письмо теми же словами, которыми, перед ликвидацией Госстроя, мы завершали своё открытое письмо 17 сентября 2013 года: «без принятия срочных мер положение дел в строительной отрасли будет только ухудшаться, приводя к неэффективному использованию ресурсов и техногенным катастрофам. Мы не противники России и мы не противники государственной власти. Мы профессионалы, которые убеждены в том, что наше профессиональное сообщество должно быть услышано властью в тех случаях, когда принятие решений требует специальных знаний». Тогда, в 2013 году, именно Вы поддержали нас и приняли важное решение о создании Минстроя России. Мы считаем, что это было совершенно верное решение, но была допущена большая кадровая ошибка при назначении министра. М. А. Мень был бы прекрасным послом России в каком-нибудь небольшом государстве, где его личная харизма расположила бы граждан этой страны к России. М. А. Мень не федеральный министр. Хороший человек…

    Убедительно просим Вас принять решение об увольнении министра строительства и ЖКХ России М. А. Меня, первого заместителя министра Л. О. Ставицкого, заместителя министра Х. Д. Мавлиярова, заместителя министра Е. О. Сиэрры, заместителя директора департамента Минстроя А. Ю. Степанова (по нашему убеждению, лично отвечающего за провал работы по подготовке нормативно-технических документов) и первого заместителя начальника по ценообразованию Главгосэкспертизы России И. Н. Лищенко (по нашему убеждению, лично отвечающую за провал работы по переработке нормативной базы по ценообразованию в строительстве) – без этих кадровых решений, по нашему мнению, работа Минстроя России будет чрезвычайно вредоносна, т. е. останется неизменной!

    Строительная отрасль ещё имеет небольшой запас прочности, но его все меньше и меньше…

    С уважением,
    президент Координационного совета Ассоциации «Инженерные изыскания в строительстве»
    Михаил Богданов.

    400days.ru