Полезные статьи

Драма преступление

Дорама Преступление и Наказание: Сфальсифицированный роман | Crime and Punishment: A Falsified Romance | Tsumi to Batsu: A Falsified Romance

Если не работает, попробуйте выключить AdBlock

Вы должны быть зарегистрированы для использования закладок

Информация о дораме

Продолжительность серии: 50 мин.

Адаптация манги Отиаи Наоюки, в которой успешно сочетаются основы романа Федора Михайловича Достоевского «Преступление и Наказание» и современное общество, а также затронуты такие темы как «хикикомори» и школьная проституция.

Тачи Мироку (Кора Кенго) — яркий молодой человек, который хочет стать писателем, и на него возлагают большие надежды мать и сестра, но внезапно он перестает посещать занятия в колледже, живя как отшельник, запертый в крошечной студии, больше похожей на свалку. Скрывшегося от мира парня начинают одолевать сомнения, и он чувствует себя виноватым за то, что не хочет жить в этом «больном» обществе. Но исследование человеческой сущности, того, что человек сам себе враг — эти мысли занимают его ум постоянно. Излечение прогнившего общества стало его навязчивой идеей. Все становится еще хуже после увиденного им телевизионного выступления американского генерала, оправдывающего бомбардировки мирного населения. В Мироку начинает зреть уверенность в том, что он относится к великим мира сего, а им, этим провидцам, не стоит беспокоиться о нравственной стороне своих проектов, ведь дело касается всего-навсего «плебеев». И вот, амбициозный парень строит план убийства бессердечной школьницы, руководящей небольшой группой школьниц проституток. А самое главное, он горит желанием все это описать в своем романе.

Комментарии Ответить Читать обсуждение дальше.

Только что досмотрела, и впечатление пока ещё не сложилось. Первое ощущение: перебор. Из психологического детектива сделали психологический триллер, степень мерзости мерзких персонажей увеличена многократно, персонажи жалкие стали жалкими до отвращения. В итоге эмоциональная составляющая перевесила психологическую, давление внешнее оказалось сильнее давление внутреннего (а ведь в нём у Достоевского вся соль и была).

Из персонажей однозначно на 10 баллов получились двое: Мироку (Раскольников) и Судо (Свидригайлов), особенно последний. Остальные, мне кажется, играли сюжет, а не внутреннее содержание.

Повторюсь, что это первое впечатление и, возможно, оно ещё изменится, когда в голове всё как следует уляжется. В целом же сериал достоин просмотра, как и все японские экранизации Достоевского.

Отдельное спасибо переводчикам: Samjogo Subbing Squad, вы молодцы!

doramatv.ru

Драма жизни и смерти: О спектакле «Третья правда, или История одного преступления»

«Точно как в жизни: вроде живешь, живешь, ничего особенного не происходит, и вдруг — бац! — и умер», — именно с такой характеристики случившихся событий начинается спектакль Вадима Данцигера «Третья правда, или История одного преступления» по пьесе Ольги Михайловой, поставленный в Нижегородском государственном академическом театре драмы им. М. Горького. С самого начала зритель узнает, что перед ним развернется история, «у которой есть развязка, а действия-то как раз и нет». Эти странные слова одного из героев, как потом выясняется, точно описывают главную драматургическую особенность спектакля и в то же время дают ключ к пониманию его смысла.

На первый взгляд, в пьесе есть вполне понятная детективная сюжетная линия: пензенский адвокат Яншин расследует преступление, совершенное его подзащитной крестьянкой Марьей Крюковой. Ее признание в страшном убийстве свекра и полное отсутствие раскаяния побуждают адвоката узнать правду о произошедшем. Он обращается за помощью к двум умнейшим и авторитетнейшим людям России начала XX века — «власти и совести российской» — премьер-министру Петру Столыпину и писателю Льву Толстому. Их диалог, перерастающий в политический и даже философский спор о судьбе крестьянства, собственности на землю и основах духовности, становится фактически основным планом сюжета.

Литературный материал спектакля — пьесу Ольги Михайловой, современного драматурга, одной из основателей Театра.doc, — можно по праву назвать «пьесой в письмах». Такая форма сама по себе создает сложность для постановщика, вынуждая его обращаться к необычным приемам и драматургическим ходам, чтобы сценически воплотить дискуссию и свести вместе героев, которые никогда не встречались в реальной жизни, но вели переписку. С другой стороны, эта особенность пьесы позволяет перешагнуть через множество ограничений, связанных с театральной традицией, выйти за пределы драматического жанра.

Именно такую свободу фантазии и выразительных средств мы видим в работе Вадима Данцигера, которому удалось сделать «разговорную» по сути пьесу необычайно динамичной. Режиссер практически визуализировал диалоги, разбив их на множество мелких мизансцен, соединенных по принципу кинематографического монтажа. Это дало возможность разделить действие спектакля как бы на два измерения: событийный (фабульный) и символический, в котором нарушаются все мыслимые пространственно-временные связи, идеи превращаются в предметы, а зрительный зал и балкон становятся дополнительными сценическими площадками. Чего стоит только материализованная метафора «препарирования» Толстого, когда на операционном столе из тела классика буквально извлекаются опредмеченные идеи, как будто произвольные фрагменты чьих-то мыслей или концепций.

О символической природе сюжета спектакля говорит и определение жанра постановки — философская притча. Такое определение размыто с точки зрения драматического искусства, но довольно точно передает заведомую литературность, образность художественного действия пьесы. В сущности, перед нами некий театральный гротеск, в котором, как во сне, говорят портреты, оживают метафоры, одно пространство превращается в другое.

В такой структуре большое значение имеет предметная наполненность спектакля, декорации. Вообще, декорации, построенные художником Борисом Шляминым, заслуживают отдельного внимания. Созданный на сцене железнодорожный вагон-трансформер становится в спектакле то кабинетом чиновника, то крестьянской избой, то обеденным залом ресторана. При этом вагон оказывается всегда в движении: в узловые моменты действия мы слышим паровозные гудки, звук идущего или отправляющегося поезда, видим пар парового котла, перрон, вокзальный колокол.

Образ железной дороги, глубоко толстовский, проходит через весь спектакль и говорит нам о трагическом движении жизни, беззащитности живой человеческой души и неминуемой смерти, которая уравнивает всех: и бедную крестьянку, и высокопоставленного чиновника, и великого писателя-гуманиста. Железная дорога — это еще и образ границы между реальностью и вымыслом, богатством и бедностью, зависимостью и свободой, жизнью и смертью. Именно смерть является единственной развязкой драмы, разрешающей любой конфликт.

Символично, что два главных героя, ведущих непримиримый спор о том, как сделать людей счастливыми, заканчивают свою жизнь вне дома и как будто бы за пределами сценического действия: один — на маленькой железнодорожной станции, другой — в дальней поездке во время посещения театра. В финале спектакля с подмостков исчезают предметные очертания действительности, и зрителю открывается лишь вечное движение трех главных героев по замкнутому кругу вокруг покосившегося пограничного столба — сильнейший по эмоциональному воздействию эпилог.

Действие спектакля сосредоточено вокруг главных действующих лиц — Толстого и Столыпина, сыгранных заслуженными артистами России Александром Мюрисепом и Сергеем Блохиным. Актерам удалось избежать стереотипных хрестоматийных трактовок своих персонажей. Премьер-министр России в исполнении Сергея Блохина — уставший, со скукой диктующий письмо канцелярским языком и с кажущимся безразличием рассказывающий о покушениях на него. Все эти оттенки образа переданы с исключительной убедительностью. Толстой Александра Мюрисепа — глубокий, многогранный, гармонично сочетающий в себе комическое и трагическое. За внешней легкостью, отточенностью каждой интонации и жеста стоит огромная работа актера над ролью.

Наталья Кузнецова, сыгравшая Марью Крюкову, создала женский образ, наполненный противоречиями, существующий как будто на грани, держащий зрителя в постоянном ожидании чувственного прорыва. Единственное, что кажется лишним, это появляющиеся временами современные зоновские нотки в репликах героини — не совсем удачный режиссерский ход. Блатные манеры у пензенской крестьянки кажутся чужеродным элементом в интеллигентной изысканности спектакля. Здесь вполне была бы уместна спокойная народная простота с ее афористичной мудростью и фатализмом. Такая интонация в отдельных сценах давалась актрисе без труда. Очевидно, что Наталья Кузнецова — артистка многообещающая, с большим актерским потенциалом. Подтверждением этому без сомнения служит блестяще ею сыгранная сцена следственного эксперимента в избе Крюковых, где актриса практически в монологе вытянула кульминацию пьесы на уровень высочайшего трагизма.

«Третья правда, или История одного преступления» — спектакль невероятно сложный, побуждающий к размышлениям и спорам. Необычный для театра литературный материал превращен в интеллектуальное, местами причудливое действие, балансирующее на стыке разных жанров и при этом изящно сыгранное. Какие бы оценки постановка Вадима Данцигера не вызывала в дальнейшем, а они, возможно, будут самыми неоднозначными, Нижегородский государственный академический театр драмы можно поздравить с появлением в репертуаре прекрасного фестивального спектакля, который, безусловно, станет событием в культурной жизни города.

Текст: Андрей Журавлев.

Фото из архива театра. © Георгий Ахадов.

stnmedia.ru

Драма преступление

В вашем блокноте появится новый сувенир – вилка.

Теперь предстоит заняться кражей растений в оранжерее. Не забудьте пообщаться с Тоби и проверить письма на каминной полке.

В оранжерее идите к двум сотрудникам и познакомьтесь с Хэмишем и Альбертом. Альберт окажется сыном погибшего директора оранжереи Данна и быстро уйдёт.

Осмотрите помещение, в котором находитесь: стенд, табличку, список пропавших растений. Включите «Т» около бассейна и найдите несколько следов, осколки. Затем осмотрите осколки без «Т» – это горшок. Включите «Т» и осмотрите дверь, дверную ручку, сломанную раму и разбитый горшок на столе. Посмотрите на сломанную табличку у бассейна и кровь.

Холмсу понадобится восстановить последовательность событий. Включите «F» и повернитесь к двери. Вы увидите три фигуры призрака Данна: Данн выламывает дверь, Данн разбивает горшок, Данн падает на парапет бассейна. Эта последовательность будет повторяться, ваша задача – быстро щёлкнуть левой кнопкой мыши, когда Данн выламывает дверь (тогда на этой фигуре появится цифра 1), повернуться и быстро щёлкнуть левой кнопкой мыши, когда Данн будет падать на горшок (цифра 2), повернуться и быстро щёлкнуть левой кнопкой мыши, когда Данн упадёт (цифра 3). Затем проиграйте последовательность событий.

Продолжайте осмотр и выйдите в коридор. Осмотрите растения справа, затем повернитесь налево, включите «Т» и найдите след от моющего вещества и кусок камня. Покрутите камень и определите, что это мрамор. Включите «Т» и посмотрите на окна (чистые).

Включите «В» и скомбинируйте «Ловушка для Данна» + «Опустевшая коллекция» = «Провести аутопсию». Отправьтесь в Скотленд-Ярд и идите в морг.

Осмотр трупа: лоб, глаза, нос и рот, грудь, левая и правая рука. Внутренние органы: сердце (нужно крутить и щёлкать левой кнопкой мыши, пока Ватсон не положит орган на место), лёгкие (зелёное пятно), желудок (обратить внимание на содержимое), печень. Холмс отметит, что Данн был отравлен. Нажмите на «В» и скомбинируйте «Отравление» + «Ловушка для Данна» = «Данна отравили».

Вернитесь на Бейкер-стрит. Подойдите к стеллажу с энциклопедиями и найдите в разделе «Ботаника» статью об экзотических растениях. Нажмите на «В» и скомбинируйте «Украдены опасные растения» + «Отравление» = «Кража и убийство».

Отправьтесь в оранжерею.

Слева от дорожки на стенде висит карта оранжереи. Изучите её, чтобы понять, где находится веранда, на которой вас ждёт Альберт Данн. Пообщайтесь с Хэмишем. Осмотр: недорогая оправа очков, грязный воротник, не женат, руки садовника. Затем идите в большое здание справа – там стоит Альберт. Осмотр: покрасневшие глаза, порезался при бритье, чистые руки. Он даст ключи от всех помещений, кроме гардеробной, и расскажет о мисс Уайт, которая тоже здесь работает. Прочитайте список заданий для Альберта (слева от двери). Выйдите на улицу и идите к Хэмишу. Рядом вы увидите дом с зелёной дверью, откройте дверь и осмотрите кабинет директора.

На столе вы найдёте газеты и письмо об увольнении мисс Уайт, в шкафу – фотографию, а рядом – сейф.

Сейф открывается так:

  • левой кнопкой мыши отожмите две кнопки слева от «нуля»;
  • затем правой кнопкой мыши пройдите через «ноль» и отожмите две кнопки справа;
  • левой кнопкой мыши пройдите через «ноль», пройдите через открытые две кнопки и отожмите ещё три; затем правой кнопкой мыши пройдите через «ноль» и открытые две кнопки и отожмите ещё три;
  • левой кнопкой мыши пройдите через «ноль» и открытые пять кнопок и отожмите ещё пять;
  • затем правой кнопкой мыши пройдите через «ноль» и открытые кнопки и отожмите последние пять.

В сейфе найдите письмо, жалобу и записку о долге Уайт перед Данном.

Нажмите на «В» и скомбинируйте «Увольнение Уайт» + «Уайт и Данн» = «Размолвка».

Отправьтесь на Бейкер-стрит и в архиве газет найдите статью за 1889 год «Скандал в Божественном синдикате». Вы получите адрес этого учреждения.

Вернитесь в оранжерею. Откройте правую зелёную дверь того же здания. Здесь находится Лаборатория. Осмотрите защитный костюм, маску и пустое место между костюмами. Подойдите к центральному столу, включите «Т» и осмотрите след от бутылки, капли, золотую пыль. Холмсу понадобится Тоби, так как от стола чем-то пахнет.

Идите к камину, покрутите учебник Альберта, откройте шкаф с реагентами, приблизьте фонограф. Поставьте по очереди два цилиндра и прослушайте записи научных докладов. Осмотрите стол около двери.

Затем идите к двери гардеробной. Этот замок сложней, чем предыдущие, так как имеет две дополнительные зубчатые накладки на кольца. Сначала восстанавливайте линии на основных цилиндрах, затем – на зубчатых накладках. Сейв я смогла сделать позже, после осмотра гардеробной (после замка почему-то не сохраняет).

В гардеробной осмотрите шкаф Хэмиша: фотографию, журнал, письмо и книги.

Шкаф Альберта: книги по мореходству, письмо с отказом, нажмите «Т» и найдите фотографию в левой стопке книг.

Справа от двери – шкаф Уайт. Осмотрите диплом, прочитайте письмо, откройте шкатулку с драгоценностями, покрутите кошелёк, в котором лежит письмо от родителей, прочитайте письмо от Альберта.

Выйдите на улицу.

Нажмите на «В» и скомбинируйте «Родители мисс Уайт» + «Уайт и Данн» = «Положение Уайт».

Выйдите на улицу, идите налево и откройте дверь в Теплицу. Осмотрите растения, плакаты у стола, диссертацию и футляр для очков на столе, дипломы на шкафу. Откройте противоположную дверь и идите по узкому коридору. В ящике лежит бюст Данна, приложите к нему осколок, который нашли ранее.

Через дверь идите в следующее здание, Хранилище семян. Познакомьтесь с мисс Уайт. Осмотр: дорогие духи, из бедной семьи, не замужем. Справа стоит рабочий стол Альберта: на нем учебник, книги о навигации и перчатки.

Выйдите на улицу. Слева за калиткой – мотор системы вентиляции оранжереи, у соседнего здания что-то горит. Идите туда. Включите «Т» и осмотрите горшок (на днище эмблема Божественного синдиката), картину, метлу, кусочек растения, защитную маску и дверную ручку.

Откройте дверь в ближайшее здание и идите в Сухие тропики. Осмотрите стол с горшками и приподнимите один из них. На днище – эмблема другой оранжереи. Вернитесь в оранжерею с лилиями, откройте другую дверь и через зал с пальмами идите к Альберту. Поговорите с ним о службе на флоте, на вопрос «Q» ответьте: «Надежды Альберта». Идите на улицу и поговорите с Хэмишем. Спросите о фотографии, на вопрос «Q» ответьте: «Фото с отцом». Спросите о бюсте, на вопрос «Q» ответьте: «Осколок статуи».

Нажмите на «В» и скомбинируйте «Амбиции Альберта» + «Унижение Альберта» = «Мотив Альберта». Скомбинируйте «Гнев Хэмиша» + «Новый директор» = «Мотив Хэмиша».

Отправьтесь на Бейкер-стрит за Тоби и информацией из архивов. Вам нужно подойти к шкафу слева от камина («Исследования»). Ищите закладку «Знаки и символы». Сначала определите, что разбитый горшок из костра – из Божественного синдиката, затем, горшок из зала с кактусами – из Садов Сеймура. Заберите Тоби и вернитесь в оранжерею.

Найдите спрятанную бутылку, покрутите её и вернитесь на Бейкер-стрит. Сделайте анализ жидкости.

Пипеткой наберите жидкость в две пробирки. Возьмите первую пробирку, покрутите, понюхайте, посмотрите на свет, попробуйте. Поставьте пробирку в крепление, включите горелку и выпарите жидкость. У вас получатся белые кристаллы.

Ватсон даст пузырёк с реагентом. Наберите пипеткой реагент и капните во вторую пробирку. Холмс сделает вывод, что это – удобрение.

Отправьтесь в Божественный Синдикат. Пообщайтесь с Гуру и на его вопрос «Q» ответьте: «Тревон». Осмотр: татуировка, мозоли на кончиках пальцев, занимается химией. Получив ключ от пагоды, идите туда. На ступеньках включите «Т» и идите налево. Осмотрите осколки горшков, поднимите мешковину и найдите горшки из оранжереи Кью-Гарденс. Идите в пагоду.

На столе слева лежат наркотики (можете попробовать). Осмотрите статую Тревона (с адептом разговаривать бесполезно). Найдите запертую дверь справа от статуи. Замок аналогичный, с движущимися вырезными пластинами, сейв будет чуть ниже.

В комнате осмотрите тарелку для курения опиума, из шкафа заберите пузырёк. Осмотрите стол, в углу – корзину с маковыми коробочками. Вернитесь к Гуру, и на его вопрос «Q» ответьте: «Эмблема Кью-Гарденс». Гуру расскажет, что это они украли все растения, но три (ядовитых для человека) пропали.

Первая версия

Нажмите на «В» и скомбинируйте «Воры из Божественного синдиката» + «Украдены опасные растения» = «Секта украла всё / избирательная кража».

Выберите «Секта украла всё» и получите вывод: «Данна убил Синдикат».

Вернитесь в пагоду и откройте дверь рядом со столом с наркотиками. Проверьте террариумы: в одном из них вы найдёте гусениц, в другом – три опасных цветка. Нажмите на «В» и скомбинируйте «Подозрительные эксперименты» + «Отравление» = «Провести эксперимент».

Отправьтесь на Бейкер-стрит. У вас есть три растения: карлина пьяная, венерина мухоловка и дьявольский цветок. Если на все растения налить алкалоид из пузырька, отреагирует только дьявольский цветок (он выпустит немного зелёного дыма). Возьмите булавку и ткните в дьявольский цветок – он тоже отреагирует. Положите гусеницу на дьявольский цветок – венерина мухоловка сразу съест гусеницу. Поменяйте местами венерину мухоловку и карлину пьяную. Налейте алкалоид на дьявольский цветок, положите гусеницу на карлину пьяную. Венерина мухоловка съест гусеницу, карлина пьяная выстрелит шипами, от дьявольского цветка пойдут клубы ядовитого зелёного дыма. Вы поймёте, каким образом убили Данна.

Нажмите на «В» и скомбинируйте «Исчезновение ядовитых растений» + «Смертельный расчет» = «Всё подстроила секта / секта непричастна».

Холмс решит вернуться в оранжерею. По очереди поговорите с Хэмишем, Уайт и Альбертом о дне смерти. Уайт расскажет о своём докладе, который можно прослушать на фонографе (честно говоря, я его не стала слушать). Затем Холмс решит восстановить события. Прежде чем это делать, сделайте ещё два вывода.

Вторая версия

Нажмите на «В», поставьте «Секта непричастна», «Избирательная кража».

Скомбинируйте «Учёба Уайт» + «Смертельный расчёт» = «Недостаток опыта / знания Уайт».

Вывод: «Данна убила Уайт».

Третья версия

Скомбинируйте «Амбиции Альберта» + «Смертельный расчёт» = «Недостаток опыта / знания Альберта».

Вывод: «Данна убил Альберт».

Теперь можно проводить эксперимент. Выйдите из зала с лилиями в коридор и нажмите на «F». Появится фигура Данна, который стоит под вентиляцией и рассматривает растения. Щёлкните левой кнопкой мыши, чтобы поставить «1». Повернитесь за Данном и щёлкните по нему ещё раз, когда он открывает дверь. Нажмите на «Q» и выясните, как умер Данн. Нажмите на «Т», чтобы подсветить вентиляционную трубу, положите в неё гусениц и поставьте под неё Ватсона. Идите на задний двор, где вы видели двигатель вентиляционной системы.

Нажмите на «Power», отключите «Transmission», нажмите на «Starter», включите «Transmission». Двигатель заработает. Идите в Хранилище семян, где стоит рабочий стол Альберта. Откройте окно над столом и нажмите на рычаг вентиляции. Затем идите в Теплицу к рабочему столу Хэмиша. Откройте окно и нажмите на рычаг вентиляции. Автоматически Холмс вернётся к Ватсону, обсыпанному гусеницами. Вывод: чтобы отравить Данна, нужно было включить вентиляцию у Альберта и Хэмиша.

Нажмите на «В» и скомбинируйте «Смертельный расчет» + «Использование вентиляции» = «Возможность Хэмиша» = «Хэмиш виновен». Появится задание: «Арестовать Хэмиша».

Отправьтесь в Скотланд-Ярд. Зайдите к Лестрейду (его кабинет напротив двери морга). Затем вернитесь в оранжерею и ещё раз поговорите с Лестрейдом. Откройте дверь большой оранжереи, идите в зал с пальмами и полюбуйтесь на труп Хэмиша.

Осмотр тела: шея, письмо с признанием, левая нога. Ватсон скажет, что Хэмиш косолап и не мог быстро передвигаться.

Нажмите на «В» и скомбинируйте «Косолапость» + «Признание Хэмиша» = «Сообщник?»

Поговорите с Лестрейдом и восстановите хронологию событий. Нужно расставить иконки так («W» – проверка правильности):

Затем нажмите на «В» и скомбинируйте «Действия Хэмиша» + «Действия Альберта» = «Альберт непричастен / у него было время».

Скомбинируйте «Действия Хэмиша» + «Действия Уайт» = «Уайт непричастна / у неё было время».

Четвёртая версия

Если вы оставляете невиновными Альберта и Уайт, Хэмиш действовал один.

Пятая версия

Поставьте мотив Альберту – вывод: Хэмиш и Альберт действовали сообща.

Шестая версия

Поставьте мотив Уайт. Это и есть правильная версия: Уайт помогала Хэмишу.

Если вы хотите получить достижение «Суицид – не выход!», обвините и оправдайте Уайт. После длинного диалога Уайт вытащит пузырёк с ядом. Быстро нажимайте на «W», когда она появляется на экране. Холмс будет делать по шагу вперёд, а Уайт – отступать. За спиной Уайт спрятался доктор Ватсон. После того как Холмс сделает три шага, подведите мышку к руке Уайт и выбейте пузырёк из ее руки.

Автоматически вы получите достижение «Ядовитый цветок».

questzone.ru

The Scandi crime drama that will make you forget all the rest

A dead boy, a missing girl, two mismatched cops… it sounds like your standard Nordic noir set-up. But if you think you’ve seen it all before, new Scandi crime series Monster will surprise even the most thorough devotee of northern European TV.

The murders are pretty shocking

Think the twisted killings in The Bridge are the height of disturbing? Then prepare for one of the most stomach-turning scenes in noir history. “Bloody hell,” remarks a cop on the scene. That doesn’t even begin to cover it. And it’s just the start, as the bodies pile up in the small (fictional) northern Norwegian town of Nemesoara.

The cops couldn’t be less suited to each other

In theory, recently returned local policewoman Hedda Hersough (Ingvild Holthe Bygdnes) is in charge of the investigation. But her offsider, Joel Dreyer (Jakob Oftebro), an investigator from down south, isn’t exactly great at following orders and makes no secret of the fact that he considers Hedda little more than a chauffeur to transport him around town. He also doesn’t play by the rules, while she’s a by-the-book kind of officer.

The past plays into what’s happening in the present

Nemesoara seems to be one of those tiny towns with a disproportionately high missing persons and murder rate. As Hedda and Joel investigate the stabbing of local youth Abel (Victor Johansen) and the disappearance of his girlfriend, Tyra (Victoria Skjortnes), it quickly becomes apparent these cases tie into a history of violent crime in the area. Hedda also has some baggage of her own, having left a life in Oslo to come back home – but why is she really here?

It’s a slow burn, but when things happen, they really kick off

Developments in the case are broken up by sweeping landscape shots, a bubbling under storyline about a local crime family and, at one point, a fat lady literally singing, so if you like your TV action to come thick and fast, you might have to learn some patience. But the action does come, with a thrilling, rain-soaked confrontation at a motel in the final moments of Monster’s first episode. Just try not to immediately move straight on to the second episode.

Binge the first season of Monster at SBS On Demand.

www.sbs.com.au

What TV crime drama gets wrong – according to a former detective

As the continued success of shows like Line Of Duty and Broadchurch demonstrates, the British public’s appetite for crime drama remains insatiable.

A glance at the long list of homegrown creations still to come this year suggests detective shows may be the most popular form of mainstream TV right now.

But for a serving or former police officer, watching TV crime drama can be an irksome experience.

Simply put, they get a lot of things wrong.

“Time is the main one,” says Ronnie Mackintosh, a former Detective Chief Inspector who now works as a professional screenwriter.

“On TV, everything happens bang, bang, bang. I’ve been an SIO [senior investigating officer]. I’ve led murder inquiries.

“They they take a long, long time, a great deal of work, and they take a lot of people. Television detectives manage to reach a successful conclusion very quickly.”

Midsomer Murders – getting to the bottom of whoddunits in minutes (Photo: ITV)

For this reason, Mackintosh notes, dramas that follow a single case over many episodes tend to capture the reality better than one-offs or two-parters.

“The Scandi-noir shows are better,” he adds. “They have a better texture about them too.”

‘In reality, confessions are rare’

Mackintosh, who has advised on Low Winter Sun and Fortitude for his friend, the writer Simon Donald, is in a rather rare position of being able to understand the position from both sides.

As a former police officer, he recognises that British crime drama is often inaccurate.

“In reality the police, for very good reasons, give little information to the suspect”

But as a working screenwriter, he acknowledges the demands and limitations that a TV creative faces in making a show entertaining and gripping – and that most inaccuracies intentionally stem from that.

He also appreciates that procedures change all the time.

That said, certain aspects of criminal investigations are frequently portrayed erroneously. Or ignored altogether.

Together forever: the inseparable stars of Line Of Duty (Photo: BBC)

“In cop shows they always have the same team,” he points out. “In reality, teams change all the time.

“I used to work at the Serious Crime Squad in Edinburgh. There were 15 of us. But that 15 would mix; you wouldn’t always work with the same people.

“Another thing, particularly in the older police shows, is that all the suspects confess. In my experience confessions are a rare thing.

“In detective dramas, the police also give a great deal of information to the suspects during an interview. This is often to allow a level of exposition, but in reality the police, for very good reasons, give little information to the suspect.”

“It’s very rare they show how police work with and relate to the families”

What The Wire and NYPD Blue got right

The speed at which evidence comes back is also typically unrealistic on the small screen.

“If a jury has only ever watched crime shows, they must think ‘these guys are really crap!’” laughs Mackintosh.

“Even when fast-tracked, forensic findings can take a long time.”

HBO’s Baltimore-based crime saga The Wire is one drama that got this aspect right.

In the final season, with police budgets stripped to the bone, whole cases are placed on the back-burner for months while the lab processes evidence at a snail’s pace.

The Wire captured some of the everyday frustrations of police work (Photo: HBO)

“The Wire is my favourite cop show ever,” says Mackintosh. “I watched it beginning to end.

“And the other show that got it so right was NYPD Blue, in terms of the interactions: between cop to cop, cop to baddie, and cop to lawyer.”

The relationships between officers and the victims of crime are, by contrast, something that’s rarely explored on screen.

“When you are involved in a murder inquiry, you become very very close to the bereaved,” explains Mackintosh, who still keeps in touch with some victims’ relatives from cases he worked.

“That doesn’t happen a lot in shows. It’s very rare they show how police work with and relate to the families.”

Why crime drama will always dominate

Mackintosh, who retired from the police in 2006, would love to write his own crime drama series.

“But it’s a hell of a difficult thing to get into it,” he explains.

“I graduated as a screenwriter in 2010, spent three or four years doing shorts. Now I’m doing features.”

But it might not be long before he enters the fray, and brings his own experiences to the table.

“I’d love to have a go – and I’ve got an idea to pitch.”

Stephen Graham plays Detective Superintendent Dave Kelly in ITV’s Little Boy Blue (Photo: ITV)

Mackintosh finds 2017’s trend for dramas derived from real cases – such as The Moorside, Little Boy Blue and Three Girls – a potentially “dangerous area”.

But he believes that the support of the families and being “faithful but fair” is crucial.

The tone and formats of crime shows are changing all the time. Light-hearted, gritty, outlandish, ‘authentic’: the nature of the genre is malleable and ever-shifting.

Mackintosh believes cop shows will always be a vital genre for television.

“What other profession lets you into other people’s lives, and lets you ask questions?” he notes. “It’s a vehicle into a story.

“We’re always going to have them. Let’s hope they continue to improve.”

inews.co.uk