Полезные статьи

Адвокат кудрин в

Санкт-Петербургский городской суд отменил постановление Петроградского и освободил главу компании «ГСК» Виктора Кудрина из внутренней тюрьмы ФСБ.

Следственный комитет срочно возбудил новое уголовное дело, вышел на арест, но Смольнинский суд также не пошел на изоляцию. В архиве были материалы на следующие обвинения, но это уже рушило всю оперативную игру. Госбезопасность пыталась выяснить у Фемиды, от кого пришло указание. Но получила лишь намек на столицу. Есть предположение, что там мечтают, чтобы Кудрин если сел, то на вертолет.

Две недели назад, 17 апреля, городской суд Петербурга рассмотрел типичную апелляционную жалобу адвоката главы «Государственной строительной корпорации» Виктора Кудрина на изменение меры пресечения. И после решения, по информации «Фонтанки», началась череда нервных телефонных переговоров между Следственным комитетом, судом и Госбезопасностью. Притом в хаотичном порядке. Потому как никто не ожидал, что Кудрин из внутренней тюрьмы ФСБ на Шпалерной опять вернется в свой замок в Юкках. Просто судья Санкт-Петербургского горсуда Константин Борисов отменил постановление коллеги из Петроградского суда Тельновой.

Понятно, что, по версии обвинения, глава компании «ГСК» Кудрин растратил, то есть совершил хищение вверенного имущества на 56 миллионов рублей при исполнении госконтракта с УФСИН на строительство следственного изолятора «Кресты-2». СМИ неоднократно писали, что с 2007 года на счета «ГСК» перечислены более 12 миллиардов рублей, а сроки сдачи объекта неоднократно сдвигались. Ныне же недостача составляет 1 миллиард.

Ведь перед задержанием Кудрина был убит сотрудник УФСИН Николай Чернов. А он проверял контракт на строительство Крестов-2, точнее судьбу сгинувшего миллиарда. (Чернова застрелили во Всеволожском районе 2 марта, обвинение в соучастии предъявили замначальника УФСИН Сергею Мойсеенко). К тому же, по информации ФСБ, Виктор Кудрин планировал перебраться в США, где его поджидали перевезенные семья и активы.

По данным «Фонтанки», сразу после решения об освобождении Кудрина от 17 апреля оперативники ФСБ и Следственный комитет Петербурга предположили, что это не совсем решение судьи Борисова. Безусловно, контрразведчики поинтересовались у руководства городского суда. На что им напомнили о Верховном мнении.

Опять же не тайна, что 15 ноября 2016 года пленум Верховного суда издал постановление N 48 «О практике применения судами законодательства, регламентирующего особенности уголовной ответственности за преступления в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности». Оно принималось в череде послаблений бизнесу и было призвано «оградить от необоснованного привлечения предпринимателей к уголовной ответственности за неисполнение ими договорных обязательств, когда оно обусловлено обычными предпринимательскими рисками».

Постановление ВС прямо запретило судам сажать под арест подозреваемых по статьям 159 («Мошенничество») и 160 УК («Растрата»), если преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности, то есть осуществляемой на свой риск и направленной на систематическое получение прибыли. Оценивать предпринимательский характер преступления поручено самим судам при рассмотрении ходатайства следствия. Однако на практике до Виктора Кудрина петербургские судьи предпочитали считать исчезновение денег с бюджетных строек казнокрадством, а не деловым риском.

Судя по всему, ФСБ не нашла общего языка с судом, так как вечером же 17 апреля Следственный комитет возбуждает еще одно уголовное дело в отношении Кудрина. Теперь уже по части четвертой статьи 159 УК – «Мошенничество в особо крупном размере». В этот раз ему насчитали ущерб еще больше, чем 59 миллионов по первому делу. Так что Кудрин 17 апреля не вышел из внутренней тюрьмы ФСБ. Его там же процессуально задержали на двое суток и вновь вышли на арест. Но уже в Смольнинский суд.

Кстати, это достаточно отработанная практика следствия в случае сбоев с освобождениями из-под стражи.

Но и судья Смольнинского суда не соглашается с арестом. Что при таком накале переговоров воспринимается как вызов. Эмоции подталкивают следствие идти до конца и возбудить еще одно уголовное дело – нужных материалов по строительству Новых Крестов у них достаточно. Но здесь уже тормозят сами сотрудники Госбезопасности.

Дело в том, что, по информации «Фонтанки», Кудрин сидел в доме, примыкающем к Литейному, 4, не молча. А когда бизнесмен такого уровня начинает давать показания, значит, предварительно с ним оговорили условия. Условия при таких сделках всегда принципиально похожие: обвиняемый не только признает вину и возмещает урон, но и указывает на госчиновников, с которыми он делился, за что на суде ограничивается отсиженным. Новое же уголовное дело по мошенничеству, вызванное неожиданной позицией суда, явно не входило ни в планы ФСБ, ни кудринские. Если бы Следственный комитет начал обвешивать Кудрина следующими обвинениями как новогоднюю елку, то Кудрин просто бы отказался от договоренностей и замолчал.

Конечно, главной интригой является та сила, которая смогла сделать петербургским силам предложение, от которого они не смогли отказаться. Как стало известно «Фонтанке», предложение было не местное и интересантов надо искать в Москве. Более любопытное заключается в их мотивациях. Если учесть, что Кудрин дал очень высокие показания, то не исключено, что ему просто создают комфортные условия для встречи с семьей в США. Согласитесь, что сидеть в огромном пустом особняке в Юкках и наблюдать за распрями силовиков – это думать только об одном: как эти силы в конце концов его раздавят.

– Я ни на что не намекаю, но, при его возможностях, он садится в вертолет, прилетает в Беларусь, а оттуда в Грузию, – будто предрек наш собеседник в СК.

Что касается «некудринского» подхода судов, то, например, благодаря Смольнинскому суду под стражей по-прежнему находится бизнесмен Василий Сливкин из дела о пропавшем видеотабло со стадиона на Крестовском острове. Вместе с ним сидит бывший вице-губернатор Марат Оганесян, хотя его адвокаты уже знают 48-е постановление наизусть и охотно цитируют судьям Санкт-Петербургского горсуда восьмой пункт, согласно которому арест по предпринимательскому делу не может быть избран даже тем соучастникам, кто бизнесменом не является.

А в конце декабря 2016 года в Дзержинском суде Петербурга был арестован глава управляющей компании порта «Усть-Луга» Валерий Израйлит. Он обвиняется в хищении средств, выделенных на развитие порта. Дело возбуждено по статье 159, части 4, УК. Израйлит тоже пытался уместить свой эпизод в предпринимательскую сферу.

Также в конце января Смольнинский суд по делу о мошенничестве арестовал бизнесмена Павла Конашенкова. Он руководит компаниями, близкими к Росавтодору.

Трудно не увидеть экономику в деле Евгения Кривцова, которого 20 марта арестовал Петроградский суд. Коммерсант обвиняется в нечестных продажах квартир жилкомплекса «Охта-модерн» на Большеохтинском.

Месяц назад Красногвардейский суд отправил за решетку фактического руководителя компании «Экоградстрой» Андрея Градобоева. Компания участвовала в обустройстве полигона «Красный Бор». Как и «ГСК» Кудрина, он получил все денежные средства, но не смог сдать весь объем работ.

m.fontanka.ru

Адвокат кудрин в

Рост российской экономики невозможен без реализации судебной реформы, следует из подготовленной Столыпинским клубом программы социально-экономического развития страны, которую представил в среду бизнес-омбудсмен Борис Титов. Эксперты предлагают набор мер, которые должны повысить как независимость судей, так и их ответственность за принимаемые решения.

Повышение независимости судей обеспечат введение выборности председателей судов, ограничение их полномочий и обязательная ротация каждые два года. Также эксперты клуба предлагают создать новую кассационную инстанцию на уровне федеральных округов и инстанции «малых» надзорных президиумов в Верховном суде, чьи полномочия по отмене уже вступивших в законную силу решений судов, нарушающих единство правоприменительной практики, должны быть расширены. Авторы реформы полагают необходимым изменить также состав и структуру судейского корпуса. Следует ввести единый федеральный статус судьи, предлагают они. Это означает, что судья определенной инстанции должен иметь право работать в любом суде соответствующего уровня на всей территории страны (сейчас судья получает назначение в конкретный суд, и для перевода в другой он должен заново проходить всю процедуру отбора). Кроме того, судьями должны работать бывшие адвокаты, а не только сотрудники аппаратов судов. Для этого предлагается ввести специальную квоту: к 2025 г. не менее 50% назначаемых судей должны иметь опыт работы адвокатом или хотя бы прокурором. А для начала нужно просто «волюнтаристски набрать в судейский корпус адвокатов», настаивает Титов: до 2019 г. – не менее 1000 человек.

По данным проведенного в 2016 г. опроса предпринимателей, 21% считает, что у них нет никаких перспектив в судебном споре с госорганами, и еще 31% оценивает свои шансы как низкие. Оптимизм демонстрируют только 3,8% опрошенных.

Повышать ответственность судей за заведомо неправосудные решения должно специальное подразделение ФСБ по расследованию обвинений против судей. Еще один блок предложений затрагивает меры, которые должны снизить нагрузку на судей. Это можно сделать, повысив размер государственной пошлины (по крайней мере для компаний, оказывающих коммунальные услуги), а также повысив минимальные суммы взысканий, требующих судебного решения, предлагают авторы. Также необходимо увеличить число мировых судей и арбитражных судей в городах-миллионниках (сейчас, например, в московском арбитражном суде каждый судья получает по семь новых дел ежедневно).

Это не единственный проект судебной реформы, который сейчас обсуждается, – также известно, что проблемами судебной системы занимается Комитет гражданских инициатив (КГИ) Алексея Кудрина, который готовит свой план реформ, необходимых для экономического роста. Участвующий в этой работе научный руководитель Института проблем правоприменения Вадим Волков говорит, что знаком с тезисами судебной реформы «Стратегии роста» и примерно на 70% она совпадает с предложениями, которые готовит команда Кудрина. В частности, у обоих проектов общие подходы к вопросам дисциплинарной ответственности судей, которые не должны постоянно находиться под угрозой увольнения за малейший проступок. Это неудивительно: проблемы судебной системы объективны, их все чувствуют и понимают. Однако предложения КГИ (пока они обсуждаются в закрытом режиме) более подробно проработаны, уверен Волков.

www.vedomosti.ru

Андрей Кудрин: «Полумер здесь быть не может»

Профессиональный праздник сегодня отмечают работники органов безопасности. В советские времена эту дату называли Днём чекиста (в 1917 году была сформирована Всероссийская чрезвычайная комиссия). Путь длиной в сто лет — много это или мало, извлечены ли уроки из прошлого и как сегодня идёт борьба с «воротничковой» преступностью? Обо всём этом рассуждаем с Андреем КУДРИНЫМ — северодвинцем, отдавшим работе в ФСБ десять лет, а ныне столичным адвокатом

К Дню чекиста: эксклюзивное интервью о коррупции и многом другом

На волне перестройки

— Андрей Николаевич, начинали вы ещё в КГБ?
— Да. Окончил Высшую школу КГБ и начал в 1989 году работать в органах.
— Что подвигло идти по этой линии?
— Меня пригласили после окончания юрфака Ленинградского университета. На заводе я был комсоргом большого цеха, видимо, это учли. Меня же интересовала возможность проявить знания в юриспруденции, психологии, судебной психиатрии, технических науках. Ни в одной правоохранительной структуре такого симбиоза не встретишь.
— В КГБ вы пришли в переломный для страны момент. Получалось с холодной головой оценивать события?
— Конечно, было сложно перестроиться, менять устоявшиеся взгляды. При мне исключили шестую статью Конституции — о руководящей роли КПСС. Всё, что нам дали в военной школе, я перенёс уже на демократические преобразования, начавшиеся в 1991 году.
— Как вы их оценивали?
— Я понимал, что нынешние условия продолжаться не могут. Я ждал перемен.
— Горбачёва поддерживали?
— Я далёк от политики. Мне была поставлена задача — заниматься борьбой с коррупцией в органах власти и управления. И я её выполнял. Знал, что, если человек украл, должен ответить.

Взятки… чашками

— Вы участвовали в аресте первого мэра Северодвинска Валерия Лыскова.
— Да, получал санкцию от прокурора.
— Многих вещей тогда не доказали. Он брал взятки чашками, сервизами — мелкая сошка по нынешним временам. Правильным ли было решение?
— Там были не только чашки и ложки. Была получена монополия на продажу в городе спиртных напитков для конкретного лица. Человека наказали за дело. Никакой политики, желания отлучить его от власти там не было.
— Сегодня он бы попал под санкцию?
— Конечно.
— Можете рассказать о громких делах, связанных с первыми лицами ряда структур, которые сейчас ведёте?
— Я занимаюсь делами, чаще связанными с экономикой. Изучаю материалы и прошу на суде наиболее справедливую, на мой взгляд, меру наказания. Сейчас, например, защищаю налогового инспектора. По версии следствия, руководитель отдела попросил его получить денежное вознаграждение от предпринимателя за невключение фирмы в перечень выездных проверок и освобождение от налогов. Исполнитель взял деньги, и его задержали. На самом деле всё оказалось намного сложнее. Ведь люди, которые якобы его направили, до сих пор работают. Борьба с коррупцией какая-то однобокая получается… Хотелось бы, чтобы она велась по-другому. Изменить это не в моей власти. А вот пытаться просить суд переквалифицировать деяние и назначить наказание, не связанное с лишением свободы, возможно.
— Заказчику обвинение предъявлено?
— Нет. На очной ставке он не признался, проходит по делу свидетелем.

В верхних эшелонах

— А когда имеете дело с реально виновным?
— Я защищал заместителя министра по труду. Женщину, прежде всего — законодательство в таком случае предусматривает смягчение. Особенностью расследования было двоякое трактование проведённой строительной экспертизы. Так бывает. Она получила реальный срок и отбывала его в мордовской колонии вместе с бухгалтером Ходорковского Бахминой. Но провела там на три года меньше, чем просил прокурор.
— Вы считаете это справедливым?
— Да, с учётом тех реалий, которые происходили тогда в стране. Справедливость — понятие относительное.
— Вы в чём её находите?
— В золотой середине: человек — шестерёнка в механизме. И выдавать это за борьбу с коррупцией, карать его, руководствуясь коньюктурщиной, преступно.
— Но взятки сегодня берут и сами антикоррупционеры. С этим что делать?
— Ужесточать законодательство. Отсутствие страха перед адекватным наказанием толкают на это.

Не поделили притон

— У вас есть дела, в которых фигурируют сотрудники органов?
— Сейчас я защищаю начальника полиции города Александрова Владимирской области. Следователи данного отдела написали заявление на оказание им матпомощи, которую использовали на приобретение компьютеров для этого отдела. Что, возможно, и есть финансовое нарушение. Но не более. И позиция защиты — в оправдании, восстановлении честного имени руководителя.
— А что касается наркотиков?
— По ним много дел. В Московской области, например, выявили наркопритон. Сотрудникам МУРа предложили денежное вознаграждение за невозбуждение уголовного дела. При передаче денег их задержали сотрудники управления собственной безопасности областного УВД. Последние говорили: мол, зачем вы, ребята, залезли на нашу территорию? Ваша территория — Москва. Всё остальное — наш канал. Выводы напрашиваются сами собой.
— Что-то ещё может вас удивить?
— Уже нет. Москва — лакмусовая бумажка страны. Здесь ярче, чем в регионе, отражаются проблемы общества. И порой возникают мысли о ненужности моей работы. Но в любой ситуации стараюсь делать так, чтобы обратившемуся за помощью и его семье было хорошо, — поступать порядочно.
— Даже если человек непорядочный?
— Многие ошибаются и переходят грань дозволенного. Но это не говорит о том, что они непорядочные люди.

По расстрельной статье

— Что вам дал опыт работы в ФСБ?
— Умение общаться с людьми. После ареста сотрудника того же МУРа ко мне пришла его жена. Она осталась одна с грудным ребёнком, многочисленными проблемами. Я смог объяснить ей, что жизнь на этом не заканчивается.
— Почему перешли в адвокаты?
— Когда страной руководил Борис Николаевич Ельцин, стоял вопрос о слиянии ФСБ и МВД. Для меня это неприемлемо. Да и отношение государства к аппарату службы было негативным. Сейчас оно изменилось.
— Почему потом не вернулись?
— Сегодняшняя работа связана с применением норм права в различных областях знаний. И сфера их приложения более значительна и интересна для меня.
— А не считаете это нечестным: вначале вы обличали коррупционеров, а сейчас защищаете?
— Такой вопрос задают. Да, защищаю. Но одно дело, если человек получит максимальный срок наказания, который совершенно несообразен ни с обстоятельствами дела, ни с процессуальными ошибками, в котором это деяние было задокументировано. Другое — срок, достаточный для осознания совершённых ошибок.

Гостайна без печатей

— Следите за событиями в городе?
— Отчасти. Я в своё время защищал замглавы администрации Константина Талашова. Эпизод, который ему инкриминировался, не был доказан.
— Почему?
— Событие не имело место быть. Я не помню деталей: были перехвачены какие-то переговоры и было много моментов, процессуально не оформленных должным образом. В судах много дел, пестрящих подобными ошибками.
— Как изменилась охрана гостайны? Город сегодня открыт, на предприятиях были американцы, по телевизору показывают вывод и закладку лодок.
— Спутниковая разведка и раньше была. Просто мы стали более открытыми и показываем те вещи, которые очевидны. И ведём такие же инспекторские проверки в Штатах.
— Стресс вы как снимаете?
— Преподаю юридические дисциплины в одном из институтов, занимаюсь спортом, творчеством, дружу с кинематографистами — снимался в нескольких эпизодах.
— Праздник отмечать будете?
— Буду. Это же часть моей жизни.
— Гордитесь тем, что вы чекист?
— Ну конечно! В любой профессии нужно быть самим собой, сохраняя заложенный ранее стержень, и отличаться личными качествами, невзирая на происходящие вокруг перемены.
— А разочаровываться в органах приходилось?
— Скажу так: любая структура требует изменений с учётом веяний времени. Сейчас это недостаточно делается. Например, нужно возвращаться к прежней системе обучения кадров. Мы отрицаем много вещей, которые бы сегодня пригодились.

Для победы над коррупцией должно совпасть много факторов. К сожалению, в ближайшем будущем, думаю, этого не произойдёт. Необходимы реформы судебной и правоохранительной систем. Нужно лишить судей неприкосновенности, чтобы они отвечали за ошибки.

Фото из архива Андрея Кудрина

nworker.ru

Вице-премьеру вручена повестка адвокатов Михаила Ходорковского и Платона Лебедева

Адвокаты Михаила Ходорковского обеспечили Алексея Кудрина второй в его личной истории повесткой в Окружной суд Вашингтона. Вручение первой — от миноритариев ЮКОСа — главе Минфина РФ удалось оспорить. Но на этот раз вручение министру судебного уведомления было снято на телекамеру. Представители интересов РФ заявили, что действия адвокатов Михаила Ходорковского носят «неправомерный характер». Представитель команды адвокатов экс-главы ЮКОСа, в свою очередь, сообщил, что в очереди за повестками — «практически все члены кабинета» РФ.

Адвокаты Михаила Ходорковского омрачили пребывание вице-премьера и главы Минфина РФ Алексея Кудрина в конце прошлой недели в Вашингтоне вручением ему повестки о вызове в Окружной суд Колумбии. Господин Кудрин прилетел в Вашингтон на ежегодную встречу МВФ и Всемирного банка, а также для проведения политических переговоров с администрацией Белого дома перед запланированной на июль встречей президентов Барака Обамы и Дмитрия Медведева в Москве. Когда Cadillac посольства РФ с господином Кудриным подъехал к зданию Института мировой экономики Питера Питерсона, а улыбающийся министр вышел из машины приветствовать одного из организаторов встречи Андерса Аслунда, по-дружески положившего ему руку на плечо, к главе Минфина РФ подошел седовласый человек в черных очках и передал ему бумаги, которые министр финансов взял. По законодательству США факт передачи судебной повестки в руки ответчика является безусловным подтверждением ее получения.

«Господину Кудрину неизвестным лицом были подсунуты какие-то бумаги, о содержании которых министр не имел никакого представления»,— так описал вчера это событие пресс-секретарь министра Павел Кузнецов. По его словам, господин Кудрин тут же передал бумаги одному из своих помощников. Выяснилось, что это было уведомление, выданное Федеральным судом США по округу Колумбия о даче показаний по уголовному делу Михаила Ходорковского, которое сейчас рассматривается в российском суде, сообщил пресс-секретарь министра. Еще 25 апреля господин Кузнецов утверждал, что Алексею Кудрину «не вручали никаких судебных документов». Однако передача повестки в Окружной суд Вашингтона министру финансов РФ была зафиксирована камерой телеканала RTVi. Как рассказал «Эху Москвы» корреспондент RTVi в Нью-Йорке Владимир Кара-Мурза, это произошло «на входе в Институт международной экономики».

Уведомление, как выяснилось впоследствии, «оформлялось адвокатами Михаила Ходорковского в крайне сжатые сроки в режиме секретности и носит гриф «документ зарегистрирован в конфиденциальном порядке»». Представитель международной команды юристов, защищающих господина Ходорковского, ссылаясь на разрешение руководства, подтвердил «Ъ» на условиях анонимности, что повестка господину Кудрину выписана в рамках действий защиты по второму процессу Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. По его словам, господин Кудрин находится на территории США и вручение повестки не противоречит никаким нормам американского законодательства. Собеседник «Ъ» отказался сообщить, юристы какой компании инициировали повестку для Алексея Кудрина, но сообщил, что в списке лиц, которых адвокаты господина Ходорковского хотели бы вызвать в качестве свидетелей, находятся практически все члены кабинета, включая премьер-министра РФ Владимира Путина. Вопрос, есть ли Дмитрий Медведев в этом списке, представитель оставил без ответа. Источник «Ъ» не назвал даты, на которую выписана повестка главе российского Минфина. Напомним: пока господин Кудрин находится на территории США, он пользуется иммунитетом как представитель правительства суверенного государства и какие-либо ограничения его прав в случае неисполнения требований законодательства США невозможны. Однако если суд встанет на сторону защиты господ Ходорковского и Лебедева, при неисполнении требований повестки следующий визит в США господина Кудрина может обернуться скандалом на межгосударственном уровне.

Представители юридической фирмы Baker Botts LLP (Baker Botts представляла интересы властей РФ по иску американских миноритариев ЮКОСа к правительству и госкомпаниям) считают, что действия адвокатов Михаила Ходорковского носят неправомерный характер и решение о вызове Алексея Кудрина для дачи показаний будет отменено американским судом. В свою очередь, адвокат Роберт Амстердам пояснил «Ъ», что конфиденциальность оформления судебного уведомления никак не влияет на его юридическую силу. Напомним: Алексей Кудрин находится в списке свидетелей, которых защита Михаила Ходорковского и Платона Лебедева предполагает вызвать в ходе идущего в Москве судебного разбирательства. Версию о том, что защита господина Ходорковского надеется предложить суду показания господина Кудрина, полученные от него американским судом, источники в правоохранительных органах прокомментировали «Ъ» как «сомнительную»: господин Кудрин является гражданином РФ и нет формальных препятствий к его участию в процессе, если это потребуется. Адвокат Платона Лебедева Константин Ривкин заявил «Ъ»: «Если господин Кудрин даст показания американскому правосудию, мы будем думать, как их использовать, пока же практика показывает, что российские чиновники уклоняются от общения с иностранными судами».

Судебного исполнителя, который вручил господину Кудрину повестку, зовут Дэвид Фелдер. Он уже встречался с Алексеем Кудриным 12 января 2006 года — как рассказал тогда «Ъ» партнер юридической компании Covington & Burling (представляет интересы миноритариев ЮКОСа) Томас Джонсон, повестку в суд по иску миноритариев господин Фелдер вручил господину Кудрину у здания казначейства США. По словам господина Джонсона, «исполнитель рассказал, что у здания казначейства США он разъяснил Алексею Кудрину смысл документов, которые затем попытался вручить российскому министру». Однако в 2006-м господин «Кудрин не взял бумаги, и они оказались в руках одного из сопровождающих его членов российской делегации — тот, посмотрев на документы, бросил их на асфальт». Как сообщили «Ъ» источники в дипломатических кругах Вашингтона, сотрудники посольства РФ в США тогда за скандал с повесткой получили нагоняй не только от непосредственного руководства, но и от высоких чиновников МИДа. Официальные представители Алексея Кудрина тогда категорически опровергли информацию о вручении повестки. Позже представлявшим власти РФ юристам из Baker Botts удалось прекратить процесс: 28 ноября 2007 года иск миноритариев ЮКОСа был окончательно отклонен окружным судом Вашингтона из-за неподсудности ответчиков. Тогда суд определил действия истцов как «лобовую атаку» и использование в своих целях правовых норм законодательства США.

Дмитрий Ъ-Сидоров, Вашингтон; Олег Ъ-Сапожков

www.kommersant.ru

Счетную палату может возглавить Кудрин

Как сообщают «Ведомости», Алексей Кудрин подтвердил такое предложение – оно поступило от «Единой России». Теперь он планирует встретиться с руководством фракций.

Выборы главы Счетной палаты проходят следующим образом: Госдума предлагает президенту трех кандидатов, он выбирает одного, после чего потенциальный руководитель Счетный палаты утверждается депутатами.

«Мы придаем большое значение тому, кто займет должность ее председателя. Это должен быть человек, обладающий большим опытом и знаниями в сфере финансов и управления», – прокомментировал Вячеслав Володин. Кудрину уже предсказывали новый высокий пост: предполагалось, что он займет место в аппарате президента.

Алексей Кудрин окончил экономический факультет ЛГУ, после чего с 1983 года работал стажером-исследователем в Институте социально-экономических проблем Академии наук СССР. С 1993 года Кудрин – заместитель мэра Санкт-Петербурга, далее, с 1996 года, работает в аппарате президента, а после – первым заместителем Министра финансов. В разные годы Кудрин руководил Минфином. С 2016 года Кудрин возглавляет Центр стратегических разработок.

Чтобы работать юристом (солиситором или барристером) в Англии, потенциальный кандидат должен свободно владеть английским языком. Знание других языков будет дополнительным бонусом. Приглашённый профессор университета Вестминстер, российский адвокат и английский солиситор Дмитрий Гололобов рассказывает: специалисту из России придется сначала квалифицироваться: отучиться в Англии, устроиться на стажировку и пройти ее, сдать несколько экзаменов и хорошо зарекомендовать себя, чтобы остаться в той же фирме уже в качестве сотрудника. При этом существует проблема недостатка стажерских мест, которую давно и безуспешно пытается решить все юридическое сообщество Англии. Поэтому большинство юристов работает помощниками или на околоюридических специальностях. «Известность, PR, участие в благотворительности и в громких событиях иногда все же играют положительную роль. Хотя в целом карьеры и повышения в Англии куда медленнее и поступательнее, чем в России», – отметил Гололобов. Юрист лондонского офиса Bryan Cave Leighton Paisner Надя Хаббак объяснила: крупные юрфирмы проводят достаточно сложный отбор потенциальных кандидатов на должности стажеров, который включает в себя собеседование и тестирование. Оцениваются не только интеллектуальные способности, но и навыки работы в команде, а также коммуникативность. Если после окончания стажировки встает вопрос о трудоустройстве, юрист проходит собеседование с партнерами юрфирмы.

«Спрос на юристов со знанием российского права и русского языка есть. Хотя основным фактором скорее является образование, полученное на территории Англии, а также уровень имеющегося в России опыта работы», – говорит Хаббак. «Мне кажется, спрос на российских юристов в Англии уже давно удовлетворен», – спорит с ней Гололобов. – Из-за визовых ограничений получить образование, квалифицироваться в Англии и остаться там работать практически невозможно, если у тебя нет европейского или иного «правильного» паспорта или твои родители не могут выложить £2 млн за инвесторскую визу. Ценятся или мотивированные, молодые, готовые сутками впахивать специалисты, или опытные юристы со своими клиентами. При этом самые популярные практики – IP, IT, информационная защита, безопасность технологий. Конечно, крупная юридическая фирма может пригласить к себе «суперзвезду» из России, но исключительно в разовом порядке: масштабных российских сделок давно уже нет и в скором времени не предвидится», – считает Гололобов.

Средняя зарплата юриста в Лондоне сейчас составляет £67 616 в год (без учета налогов). По словам Гололобова, крупные американские фирмы с офисами в Лондоне платят стажерам £40 000 в год, квалифицированные юристы получают от £100 000, а ведущие партнеры юридических «монстров» – от £1 млн (и отдают порядка 45% налогов).

В Германии более 95% юристов имеют квалификацию по немецкому праву – они официально зарегистрированы в соответствующей ассоциации юристов. «Мы стараемся рассматривать кандидатов, квалифицированных по немецкому праву, которые сдали государственные экзамены, вошли в первые 15% отличников, имеют рекомендательные письма с мест стажировки и красные дипломы по окончании вуза. Документы о дополнительных академических квалификациях (LL.M. или Dr.) приветствуются, но не являются необходимостью», – сообщил глава HR-направления Hogan Lovells в Европе (Дюссельдорф) Торстен Асхоф. При этом иностранные юристы должны иметь глубокие академические знания и в совершенстве владеть английским языком. Немецкий язык поможет им коммуницировать в команде.

Российских юристов могут принять на работу и без квалификации по немецкому праву, но только в те практики, которые ведут проекты клиентов иностранных юрисдикций. По словам Асхофа, таких позиций довольно мало. Если они вдруг открываются, кандидаты проходят два интервью: первое проводит партнер практики, в которой кандидат желает получить должность, и сотрудник отдела кадров соответствующего офиса в Германии. На втором интервью кандидат встречается с партнерами других практик и командой своей практики.

В качестве начальной заработной платы юристы, недавно квалифицированные по немецкому праву, могут ожидать более €100 000 в год плюс бонус за достигнутые результаты. Что касается иностранных специалистов, уровень их дохода в большей степени зависит от спроса на спецификацию. Для иностранных юристов не предусмотрена жесткая схема, как для юристов, квалифицированных по немецкому праву (они составляют > 95% всех работников).

«Очень важно понимать: вопросы, которые возникают у клиентов из Нидерландов, почти всегда рассматриваются на основе местного законодательства. Поэтому юристы не только должны знать местные законы, но и голландский язык, так как вся переписка и судебные разбирательства ведутся на голландском – за исключением международных арбитражей», – рассказывает адвокат АК Law&More (Нидерланды), магистр в области права Университета Амстердама Максим Ходак, который также имеет ученую степень профессионального образования в области инвестиций и финансов EHSAL Management School в Брюсселе.

Ходак рассказал, что периодически получает заявки от российских юристов, которые заканчивают LLM-программы в нидерландских университетах: «Их привлекает, что наша адвокатская контора работает с клиентами из Евразии. Я считаю, что прохождение LLM-программы в западном вузе является очень правильным и полезным шагом для повышения квалификации российского юриста. Если есть возможность, то это обязательно надо делать». Но, по мнению Ходака, такие программы не являются окном в Европу с возможностью последующего трудоустройства на Западе.

«Идеальные кандидаты в Нидерландах – это не юристы-вундеркинды, которые заканчивают вузы с красными дипломами, а скорее те, кто показывает работодателю здоровый баланс между своей успеваемостью в университете, социально-общественной вовлеченностью в годы учёбы, эмоциональным интеллектом. Очень часто последний вердикт кандидату выносит сам коллектив. Для этого кандидата после прохождения формальной части процедуры приглашают пообедать вместе с будущими коллегами. Если он как человек им симпатичен, его принимают на работу», – сообщил Ходак.

Адвокат, президент израильской русскоязычной адвокатской коллегии «Эли (Илья) Гервиц» Эли Гервиц рассказал: чтобы работать по юридической специальности, нужно быть членом Израильской адвокатской Гильдии. Она в Израиле одна и является монополистом – как и адвокаты являются монополистами в сфере предоставления юридических услуг (за несущественными исключениями). Кстати, адвокатами в Израиле называют в том числе обвинителей и прокуроров, которые тоже входят в адвокатскую Гильдию. Предоставление юридических услуг не адвокатами является уголовным преступлением.

Чтобы вступить в эту Гильдию, нужно сдать девять экзаменов по профилирующим предметам, связанным с законодательством Израиля, и после этого пройти стажировку у адвоката – действительного члена Израильской коллегии адвокатов. Министерство алии (репатриации евреев в Израиль) и интеграции организует курсы подготовки к этим экзаменам. Курсы проводятся ежегодно двумя семестрами и включают в себя различные предметы по законодательству Израиля. Начиная со вторых курсов, кандидаты принимают участие в их частичной оплате, первые курсы полностью субсидированные. Занятия проходят в вечернее время, учащиеся имеют право на компенсацию транспортных расходов в соответствии с установленными министерством положениями. После получения допуска к экзаменам по израильскому законодательству нужно получить разрешение на работу.

«В Израиле очень локальное право – «мы живем на острове». С другой стороны, Израиль ориентирован на экспорт, поэтому в больших фирмах некоторый спрос на юристов с зарубежным образованием и опытом присутствует – но это в первую очередь американский и европейский опыт. Также не стоит забывать: мир становится все более и более глобальным – не только программисты работают удаленно, но и юристы», – считает Гервиц.

Доходы адвокатов в Израиле очень волатильны. «Стажеры часто начинают с минимальной заработной платы. У наемных адвокатов в частном секторе зарплата зависит от размера фирмы: в больших фирмах она заметно выше, чем в маленьких, но продолжительность рабочего дня напоминает анекдоты про американских адвокатов. Зарплата судьи намного меньше, чем зарплата адвоката того же уровня – но очень высок социальный статус. Других доходов, кроме преподавания и написания книг, у судей нет. Чтобы получать большие доходы, нужно рисковать, открывая свою адвокатскую фирму. Важным фактором, понижающим доходы юристов, является то, что плотность адвокатов на душу населения в Израиле вышла на первое место в мире почти 20 лет назад и с тех пор ситуация только ухудшается», – резюмировал Гервиц.

Как рассказал основатель и управляющий партнер белорусской юридической компании REVERA Дмитрий Архипенко, в Белоруссии юрконсультанты делятся на два вида:

юристы-хозяйственники – оказывают услуги на основании лицензии. Могут сопровождать клиентов во всех вопросах, связанных с бизнесом, за исключением представления интересов в судах;адвокаты – их деятельность регулируется Республиканской коллегией адвокатов.

Для того чтобы получить лицензию юриста-хозяйственника, нужно иметь три года стажа после получения высшего юридического образования. Работать можно в форме ИП или в юрфирме. Чтобы последней получить лицензию, нужно иметь в штате не менее двух юристов со стажем свыше трех лет у каждого.

Для работы адвокатом нужно иметь стаж не менее трех лет, пройти стажировку в адвокатуре и сдать экзамен. После этого есть возможность практиковать в статусе адвоката индивидуально, или в составе адвокатского бюро, или в рамках юридической консультации при коллегии адвокатов.

«Правовые системы России и Белоруссии имеют различия, и с российским образованием проблематично сразу начать практиковать по белорусскому законодательству. Однако небольшой спрос на юристов с российским образованием в юрфирмах Белоруссии все же есть – хотя тут речь идет скорее о сферах, не сильно завязанных на белорусском праве. Например, ценятся юристы с опытом в сделках M&A, ориентирующиеся в английском праве, разбирающиеся в обороте криптовалют (сделки с криптовалютами, ICO), в области международного финансирования (размещение облигационных займов, выпуск депозитарных расписок). При этом надо отметить: в силу того, что эти вопросы не имеют массового характера, спрос на них небольшой. Достаточно системным выглядит лишь спрос на IT-юристов», – сообщил Архипенко. По его словам, основной костяк в белорусских юрфирмах – это выпускники юридического факультета или факультета международных отношений Белорусского государственного университета. Приоритет имеют те, кто получил степень LLM. На уровне старших юристов и партнеров ценится окончание программ МВА.

Зарплаты в белорусских юрфирмах крайне разнятся. «Если мы говорим о юристах-инхаусах, то в среднем они получают от $300 (юристы в госучреждениях или в частном секторе, занимающиеся простыми вопросами) до $3500 (юристы в IT-секторе). Зарплаты свыше $3500 – это единичные случаи. Что касается оплаты в юридических фирмах, можно говорить о примерно такой же вилке: $300–400 (стажер, помощник юриста) до $3000 (старший юрист). Зарплатные партнеры получают $3000–5000. В последнее время наметился рост зарплат», – рассказал Архипенко.

pravo.ru